Большая телега полностью

– Ой, здесь у нас, по-моему, невозможно плохо жить, – сказала Сашка. – Помнишь, когда ты приезжала, мы говорили, о правильном масштабе? В смысле, что тут высоченные горы и почти бездонное море, а на узенькой полоске между ними лепятся крошечные городки, по которым бродят совсем уж микроскопические человечки. И сразу понимаешь свое место в мире. И от этого вовсе не обидно, а, напротив, испытываешь колоссальное облегчение – ну наконец-то понятно, как все устроено! И на таком фоне трудно всерьез относиться к проблемам, даже когда они есть. То есть, решать их – это еще более-менее получается, а руки заламывать – уже нет… В общем, я что хотела сказать – как выяснилось, со временем это ощущение не проходит, а обостряется. Как бы накапливается. И превращается в такую особую разновидность мудрости, которая не от ума. А… не знаю, в общем, от чего. Но страдать не позволяет, даже когда есть повод. И проблемы от этого как-то сами собой разруливаются. Ну вот, скажем, я же в прошлом году осталась без работы. Раньше с ума сошла бы – жировых отложений у нас месяца на два максимум, а потом хоть дом продавай. А тут и бровью не повела. Два месяца – это же о-го-го сколько, что угодно может случиться. Ну и случилось. Мишка, который с момента переезда практически без дела сидел, тут же нашел здесь работу, не то чтобы сильно денежную, но нам хватает, а главное, ему страшно нравится, я его таким довольным не видела с тех пор, как он в Питере клубом занимался… Уфф! Ты еще не положила трубку? Молодец, терпеливая.

– Вообще-то, когда осталась без работы, могла бы мне написать, – заметила Рита. – Я тебе кто – дружочек или чужая тетка?

– Ты мне родная дядька.

– То-то же. Почему не сказала? Придумали бы что-нибудь, как всегда.

– Я и собиралась, просто сперва откладывала, думала, побездельничаю недели две хотя бы, а потом начну всех тормошить, начиная с тебя. А тут вдруг Мишка эту свою работу получил, и я решила, не буду ничего искать. Для равновесия. А то вдруг как только я устроюсь, у него тут же все закончится? А он довольный такой был, и до сих пор довольный, жалко же, если…

– Только открыла рот сказать, что ты глупая суеверная курица, и тут же сообразила, что сама такая, – призналась Рита. – Я бы на твоем месте – в смысле, если бы нас было двое, и у меня вдруг все стало плохо, а у моего второго очень хорошо – тоже подумала бы про равновесие. И забоялась бы что-то менять. И сидела бы тихо на попе. Поэтому нас таких глупых суеверных куриц целых две штуки. Сколько бульона можно наварить – страшное дело.

– Из нас нельзя бульон, – твердо сказала Сашка. – Мы хорошие.

– Хорошие, – согласилась Рита. – Слушай, а тебе совсем-совсем не скучно без работы? То есть, я понимаю, вокруг невероятная красота, а большую часть года вообще можно на пляже валяться, но я же знаю, каких размеров шило у тебя в заднице. Неужели укоротилось?

– Вообще-то, не очень оно укоротилось, – призналась Сашка.

И умолкла так надолго, что Рита решила, связь прервалась, надо перезванивать. Но тут Сашка снова заговорила.

– Слушай, я не хотела тебя дергать, и вообще никого, но если уж ты сама вот так неожиданно позвонила, это, наверное, знак, что можно спросить. В смысле, даже нужно… Ты же еще работаешь в этом своем издательстве?

– Еще как работаю, – гордо сказала Рита. – Но в другом. Причем теперь действительно в своем. Ну, на четверть своем. Но все равно круто. А разве я тебе не писала?.. Хотя да, я же, как положено глупой суеверной курице, сначала страшно боялась – сглазить и вообще всего на свете. А потом столько дел навалилось, ну и время какое-то прошло, у нас, знаешь, как на войне тогда было, в смысле, год за три, и я просто как-то упустила из виду, что ты не знаешь. В общем, все круто, Сашенька. Нам уже три с половиной года. И прогнозы на будущее, тьфу-тьфу-тьфу, вполне оптимистические, как ни странно это звучит… Ох, прости, ты же спросить что-то хотела, а я тут хвастаюсь. Ты все-таки хочешь подработать? Нет проблем, переводчики всегда нужны. И не только мне.

– Нет, я не к тому. Просто, – Сашка почему-то перешла на шепот, – я тут пока сидела без дела, нечаянно книжку написала. То есть, вообще-то, уже две. Прочитала Мишке вслух. Он, понятно, говорит, зашибись как круто, но у него выхода другого нет, он со мной в одной комнате ночует, а личная безопасность превыше всего… В общем, что делать с книжками дальше, я не знаю. Может быть, ты посоветуешь?

– Ну ты, мать, совсем рехнулась, – выдохнула Рита.

– Что книжки стала писать? – обреченно уточнила Сашка.

– Да ну тебя в задницу. Что стала писать, хорошо, причем вне зависимости от результата. А что я о твоих книжках впервые слышу – вот это мне очень не нравится. Лучший друг преуспевающего издателя не знает, куда романы девать, жопа ты с ушами. Даже почитать не прислала. Ты мне настолько не доверяешь?

– Ой, – виновато пискнула Сашка. – Я как-то не смотрела на проблему с такой точки зрения. Я доверяю, ты что! Просто не хотела тебя грузить. Ну и потом, нехорошо это как-то – издаваться по знакомству.