Но всё равно с Дега было как-то спокойно и хорошо. Разговаривать с ним было очень легко. Если я в каких-то моментах терялась и нервничала, Астор, несмотря на весь свой мрачный вид, показывал, что мне рядом с ним бояться нечего. А мне, девчонке, которая из-за отца понимала, что каждое неправильное слово может быть чревато, это помогало.
Чаще всего я спрашивала у него про учебу. Он многое мне объяснял. Помогал с уроками. Отдавал кое-какие книги. Иногда, если мама задерживалась и мне вечером приходилось ждать её на ступеньках, Дега сидел рядом со мной. А я приносила ему имбирное печенье. Сама его пекла. Это вообще первое, что я научилась готовить и сделала это именно для Астора. Пытаясь хоть как-то отблагодарить.
То есть, вспоминать то время можно бесконечно, но, сколько бы я этого не делала и не анализировала, все мои мысли склонялись к тому, что Дега в своих словах прав. В то время я и правда была для него, как младшая сестра. Ни разу он не показывал чего-то иного.
В таком случае, когда все начало меняться?
Наверное, когда я повзрослела и смогла стать для Астора полноценным собеседником. Это происходило постепенно, но сменившиеся отношения, ощущались более чем отчетливо.
Например, когда я была мелкой, он при мне никогда не выражался грязно. Сдерживал себя. А когда в моем присутствие кто-то из его однокурсников мог случайно выматериться, Дега говорил им рот закрыть.
Со временем, по мере моего взросления, само по себе, мы начинали общаться иначе. Обсуждали темы более глобальнее. Личные. Наступил тот момент, когда Астор при мне уже мог произносить разные слова. И это было интересно. Смотреть на него со стороны не ребенка, а уже повзрослевшей девушки. Узнавать Астора, как мрачного, сдержанного и, в тот же момент сложного человека. Впервые видеть в нем именно парня. Корить себя за такие чувства, но все равно ещё больше пропадать в Дега.
Но именно тогда в наших отношениях появилась первая жуткая неоднозначность.
— И что? — спросила, поднимая взгляд на Астора. — Ты пришел сюда для того, чтобы напомнить мне про прошлое?
Ступив одной ногой на ступеньку, я подняла взгляд на мрачное небо и, смотря на то, как по нему плыли тяжелые тучи, произнесла:
— Его уже нет. Ты превосходно все разбил.
— Нет, я тут не для этого, — даже несмотря на Астора, я ощутила то, что он немного сократил расстояние между нами. Один или два хромых, болезненных шага. — Знаешь, Вив, чем больше времени проходило, тем больше меня пожирало желание, чтобы наши отношения оставались такими же, как во времена начала нашего общения. Ведь, когда ты подросла и я увидел в тебе девушку…
Дега замолчал, но даже в моменте обрыва этой фразы было то, что впилось в мое сердце когтистой лапой.
— Что тогда? — спросила, стиснув зубы. — Знаешь, когда-то я влюбилась в тебя, потому, что увидела в тебе свою вселенную. Не то, чтобы у меня больше никого не было. Просто кроме тебя я никого видеть не желала. В последствии, из-за этого у меня и остался только ты. Но навязываться я не собиралась. Тебе стоило просто сказать, что тебя не устраивает во мне. И мы бы разошлись в разные стороны. Да вообще было множество вариантов того, как можно поступить. Хотя бы в знак того, что когда-то было. Но, нет, ты поступил самым ужасным, мерзким образом. Так знай, что ты больше не смеешь подходить ко мне и, уж тем более, разговаривать со мной.
Рывком я развернулась и поднялась, ещё на несколько ступенек, как услышала позади себя:
— Я сожалею о том, что сделал. Ты даже не представляешь насколько, — краем глаза я заметила то, что Астор попытался пойти за мной. Быстро. Чтобы догнать, но, наверное, его увечья были слишком сильными, так как при следующем шаге он рухнул на землю.
Мне должно быть на это плевать. И, в принципе, так и было, но, увидев на его лице кровь, я остановилась. Сомневалась, но шумно выдохнув, пошла к нему.
— Я встану, — мне казалось, что Дега в первую очередь сказал это самому себе. Он всегда был сильным. Слабости не выказывал. Ни при каких обстоятельствах и даже сейчас, несмотря на всю свою поломаность, держась за стальную перегородку, пытался подняться. Не получалось. Кровь шла сильнее. А он все равно пытался.
— Не торопись. Иначе сделаешь хуже, — я присела рядом с ним на корточки и, достав влажные салфетки из кармана пальто, протянула их Астору.
Смотря на меня, он замер и эти секунды длились вечность.
— Я не хотел бы, чтобы ты видела меня таким, — он бережно забрал салфетки из-за чего наши пальцы немного соприкоснулись. Подтягиваясь за перегородку Астор сел. Судя по всему, встать он пока что и правда не мог.
— Мы знакомы почти всю жизнь. Я видела тебя разным, а в слабости вообще ничего плохого не нет, — я лишь пожала плечами. — Увижу тебя и таким. Напоследок.
— Вив.… - он протянул ладонь. Кажется, хотел коснуться моей руки, но я ее убрала. — Не уходи от меня.
— Ты первый меня прогнал. На этом все.
