– Мне нравится ощущать тебя, – пробормотала она, разжимая ладони, и снова поднимая руки к его плечам.
Его рот накрыл ее губы. Кэтрин была сладостной, манящей и опьяняющей. Он обожал ее, его жажда была неутолима. Внезапно Маркус отстранился, отчаянно борясь с желанием проникнуть в ее горячее, влажное лоно.
– Я хочу ощущать тебя в себе, Маркус, – выдохнула она, – чтобы ты заполнил меня.
– Но…
Она высвободилась и села сверху, обхватив его талию ногами.
– Я не прошу, я требую, Маркус. – Приподнявшись, она изогнулась и направила его член в свое лоно. Он еще никогда не был таким твердым.
Маркус понимал, что он должен остановить ее, но не мог вспомнить почему.
Кэтрин стала медленно опускаться вниз и вдруг замерла. Маркусу потребовались колоссальные усилия, чтобы не вонзить в нее свою плоть и не овладеть ею.
На верхней губе Кэтрин выступили капельки пота, ее тело напряглось. Она опускалась с возбуждающей медлительностью.
И вот он почувствовал препятствие – свидетельство того, что ни один мужчина до сих пор не владел ею. Она сохранила себя для него. Несмотря на всю свою смелость и решительность, она до сих пор оставалась девственницей. Маркус ощутил угрызения совести. Он должен был оберегать ее ото всех и в особенности от ненадежных парней, то есть от себя самого.
Она не может покинуть Андерсен-холл. Он понимал, что Кэт не изменит своему долгу, и восхищался ею. Но как же он вернется в действующую армию? Вдруг он оставит ее беременной?
Что же делать? Кэт принадлежит ему, видно, так решили боги. И если бы они могли…
Девушка вздрогнула, и все мысли о будущем вылетели из головы Маркуса. Хватая ртом воздух, она осела вниз, и он вошел в нее так глубоко, что перед глазами замелькали искры. Она была удивительно мягкой, и он утонул в ее жаркой плоти. Ни одна женщина не дарила ему таких ощущений.
Кэт упала на Маркуса, ее волосы рассыпались по его плечам золотыми волнами. Она тяжело дышала, ее руки дрожали.
– Все в порядке? – с тревогой в голосе спросил Маркус, испугавшись, что сделал ей очень больно. Он не должен был терять голову. Закусив губу, он замер, отчаянно боясь причинить ей еще какой-нибудь вред. Он – чудовище, монстр…
– Все хорошо, – выдохнула Кэт. Отбросив с лица волосы, она села, с силой вжимаясь в него, и Маркусу показалось, что он сейчас взорвется. Она сглотнула. – Просто это слишком…
Маркус не знал, как сможет сдержаться, но он должен был спросить:
– Может, остановимся?
– Обожди одну минуту.
Кэт задвигалась и застонала. Каждую клеточку его тела, с головы и до пят, пронзила дрожь.
– Тебе больно? – проговорил он.
Кэт покачала головой, и пряди ее золотистых волос засверкали в солнечных лучах.
– Нет, – выдохнула она. – На самом деле… – она снова переменила позу, – удивительно хорошо.
Бедра Кэтрин дрогнули.
Тело Маркуса отзывалось на каждое ее движение, словно она была музыкантом, а он – ее инструментом. Это было так замечательно, что Маркус боролся с желанием закрыть глаза. Однако ему очень хотелось видеть ее лицо, любоваться ее восторгом.
Спустя пару минут девушка двигалась уже с улыбкой. Ее откровенная радость восхищала Маркуса. Кэт вела себя как ребенок в магазине сладостей: поначалу она оробела, а потом отбросила опасения и предалась удовольствиям.
Внезапно ее движения стали быстрее. Улыбка исчезла. Брови сосредоточенно нахмурились. Веки смежились, губы раскрылись. Ее груди подпрыгивали в такт ускоряющемуся темпу, и Маркус начал ласкать их мягкие округлости и теребить твердые розовые соски.
Кэт часто задышала и оперлась руками о его грудь.
– Я делаю что-то неправильно?
– О нет.
– Но ты наблюдаешь за мной.
– Ты неподражаема, – прошептал Маркус. – И мне хочется видеть твое прекрасное лицо, на котором написано наслаждение. – «В первый раз в твоей жизни», – мелькнуло у него в голове. Однако он точно знал, что этот раз был не последним…
– Но я не хочу, чтобы ты на меня смотрел. Я хочу, чтобы ты… – Расположившись поудобнее, Кэт восхитительно возбуждающими круговыми движениями стала перемещаться то вперед, то назад. Острое наслаждение сотрясло Маркуса, он почти задыхался.
– Боже Всемогущий!
– Я хочу, чтобы ты вместе со мной оседлал ветер.
– Не останавливайся, – выдохнул Маркус, стискивая ее талию.
Он не видел выражения ее глаз, они были закрыты, но он точно знал, что она поняла его. Ее бедра с удвоенной силой заходили взад и вперед, и Маркус наверняка бы закричал, останься у него в груди хоть немного воздуха.
Красный туман окутал его. Сейчас Маркус ощущал только жар, животную страсть и нарастающее, требующее разрядки напряжение.
Маркус ухватил девушку за талию и перевернул на спину. Его член выскользнул из нее, и Кэт разочарованно застонала. Накрыв девушку сверху своим телом, Маркус нащупал ее промежность.
Послышался сдавленный крик, горячее лоно Кэтрин затрепетало, возбуждая Маркуса и лишая его рассудка. Приподнявшись, он вонзился в нее и хрипло застонал, изливая семя. Мир перестал существовать.
С трудом двигая отяжелевшими руками, Маркус обнял Кэт и притянул ее к себе. Ему казалось, что он никогда не испытывал ничего подобного. Он чувствовал себя… дома.
