И она как будто очнулась, бросилась собирать оставшиеся вещи. Он натянул мокрые ботинки на босу ногу, скомкав, подхватил одежду в одну руку, второй обхватил Надю за талию, придерживая на скользком спуске с горы. Скользя по размокшей земле, они кое-как спустились и побежали к машине. Надюшка принялась долго, неуклюже копошиться, пытаясь достать ключи из кармана юбки. Пойди найди ключи в мокрой грязной юбке под лупящими, как ненормальные, струями дождя, особенно если у тебя руки трясутся! Но Казарин, оценив ситуацию, быстро забрал у дамы юбку, сразу же нашел и достал ключи, открыл дверцу, втолкнул Надюшку на заднее сиденье, закинул на пол мокрые вещи и быстренько забрался сам.
– Ну что, – весело поинтересовался он, – потоп?
– Стихия! – кивнула она.
– Придется как-то натянуть все это на себя, – посмотрел Даниил с сомнением и легкой формой отвращения на вещи под ногами.
– У меня в багажнике сумка со спортивной одеждой и полотенцем большим, я обычно по воскресеньям в бассейн езжу, – вспомнила вдруг Надюха и предложила: – Тебе полотенце, мне одежда.
– Отлично! – порадовался Казарин, быстренько поцеловал ее в губы и, распахнув дверцу, рванул к багажнику.
Ему понадобилось всего несколько секунд на всю операцию: раз – выскочил, два-три – открыл багажник, четыре-пять – схватил сумку, шесть-семь – закрыл багажник, восемь-девять – заскочил обратно в салон машины. Десять – захлопнул дверцу! Может, и больше, но Надюхе он казался самым стремительным, самым… в общем, самым, и все!
– Ты очень-очень быстрый, ковбой, – улыбнулась она ему особой улыбкой, которой улыбаются женщины тем самым мужчинам после…
Казарин кивнул – а то! Хороший я такой ковбой. Он настоял, что сначала надо вытереть полотенцем Надюху и ее волосы, предварительно отжав воду, потом уж вытерся сам и обернулся полотенцем вокруг талии. Помог одеться своей женщине и в том же приподнятом боевом и веселом настроении поинтересовался:
– Ну что, поехали?
– Я не могу, – вдруг потрясенным шепотом призналась она.
– Что случилось? – забеспокоился Даниил.
– У меня внутри до сих пор все дрожит, – прошептала Надюха, отчего-то смутившись.
– Хорошо, – порадовался Казарин, прижал ее к себе, поцеловал в волосы и повторил: – Хорошо. Там у нас все было фантастически, – и перешел на убойный сексуальный шепот: – Ты невероятная женщина.
– Надо ехать, – смутилась еще больше она, меняя тему.
– Да, – прошептал он, поцеловал ее и снова вернулся к бодрому, громкому оптимизму: – Значит, поведу я!
И перелез на водительское сиденье так ловко, что Надюха только вздохнула, сразу же вспомнив об одаренной дочери.
С проселочной, раскисшей как-то сразу дороги они выбрались с большим трудом и только благодаря тому, что Казарин оказался классным водителем. Вела бы машину Надя, застряли бы однозначно, без каких-либо вариантов. Понервничать пришлось несколько раз вполне серьезно. Но мужчина оставался сосредоточенным, спокойным и просто делал то, что требовалось, без паники и проявлений какой бы то ни было нервозности.
Так что на асфальтированную дорогу выбрались по крышу в грязи и с неким потрясыванием ручек у Надюхи – но выбрались. В тот момент, когда, разбрасывая комья налипшей жирной грязи с колес, чуть забуксовав, машина выбиралась на асфальт, запел телефон в сумке у Надежды.
– Да! – ответила она Максиму Кузьмичу.
– Под дождь попали? – спросил он.
– Еще как, пап! – весело отрапортовала Надя. – Промокли напрочь!
– Вы на грунтовке? – обеспокоился дед.
– Уже нет, – радовалась жизни она. – Вот только что Даниил Антонович нас героически вывез на трассу!
– Ну, слава богу, а то беспокоиться начал, – перевел дыхание дед. – Дождина-то нешуточный, стихия чистая!
– Па! – встретившись взглядом в зеркале заднего обзора с веселыми шоколадными глазами, попросила Надя. – Ты там баню затопи, а то нам погреться надо.
– Да уж давно запустил! – успокоил Максим Кузьмич. – Как увидал тучу, к вам потянувшуюся, так сразу и наладил. Подумал, а вдруг промокнут, красоты природные обхаживая или застрянут на проселке так, что вытаскивать придется.
– Здорово! Па, ты гений! – порадовалась Надюха.
– Да, Нюшенька, – вспомнил что-то еще дед, – девочки вам там самовар-чаек организовали, ну и закусочки всякие к нему, так что парьтесь от души, грейтесь, отдыхайте, никто мешать не будет.
– Я уже говорила, что ты гений? – улыбалась счастливо Надя.
– Сегодня пару раз, – усмехнулся он и перераспределил чрезмерную похвалу внучки. – Это все девочки, Рива с Ольгой с закусками-едой придумали.
– Ну и что там такого гениального Максим Кузьмич организовал? – полюбопытствовал Казарин, поглядывая на Надю в зеркало, когда она закончила разговор и убрала телефон в сумку.
– Уже затопил нам баню, а Рива с Ольгой самовар поставили и еды всякой натаскали, – и объяснила: – Ольга – это наша помощница по хозяйству, сегодня выходной у нее, но она дома сидеть не любит, ей у нас больше нравится, говорит, с нами веселей.
– Баня – это классная идея, – поддержал инициативу Казарин. – Прогреться нам точно не помешает. Куда надо ехать, я что-то не заметил у вас на участке бани?
