Больше не подруги полностью

Мэйв очаровательно смотрится в сверкающем серебристом топике и джинсах капри. Когда я видела ее в последний раз, на ней была кигуруми на молнии с желтыми уточками. Она пригласила Майю к себе на ночевку, чтобы та провела время со своей крутой тетей, а мы с Максом ушли отмечать годовщину.

– Сара тоже тут?

– Нет, ей нездоровится. Она сказала мне идти без нее.

– Ох, надеюсь, ей станет лучше. Передавай привет. Рада была повидаться, – говорю я. – Мне нужно отнести конфеты на кухню.

Женщина ждет меня в дверном проеме.

– Хорошо, и я была рада тебя видеть. Заглядывай к нам на ужин.

Я ухожу, и тут чья-то рука хватает меня за правое плечо и тянет назад. Я теряю равновесие, спотыкаюсь, и поворачиваю голову, чтобы сказать Мэйв, чтобы она меня отпустила.

Это не Мэйв.

Грязный Гарри сношается с моей ногой, словно пес.

Что? Что-то скользит вверх и вниз по моей правой голени, и я догадываюсь, что это. Фу! Это что, его колючие лобковые волосы выглядывают из-за трусов и трутся о мою кожу? Какой ужас! Я шарахаюсь в сторону, случайно дав коленом ему по яйцам. Черт! Я не специально. Слишком поздно: он машет руками и попадает по коробке с конфетами. Я не могу ее удержать, и она падает. Крышка слетает, конфеты оказываются на полу, размазывая по нему шоколад, гренадин и джин. Похоже на место преступления. Стриптизер отходит, подняв руки, и поскальзывается на красной жиже. Он хватается за воздух, пытаясь удержать равновесие, и сбивает двух женщин, которые падают на задницу. Комната наполняется визгом. Хаос из перепутанных конечностей напоминает мне об игре в «Твистер», которая пошла не по плану. Я замираю с широко раскрытым ртом.

Женщина с тиарой и лентой «Невеста» хватает меня за локоть.

– Выметайся отсюда! – кричит она словно умалишенная.

Она тащит меня через всю квартиру и выталкивает за дверь, хлопая ею перед моим лицом. Я пялюсь на дверь минуты три в оглушающей тишине. Сердце бешено колотится. Это что сейчас произошло?

Музыка прекращается.

Я стучу.

Невеста с размаху распахивает дверь. Стриптизер сидит на диване, прижимая к голове лед.

– Что?

– Вы должны мне триста долларов, – говорю я.

– Я так не думаю. Вы испортили конфеты.

Я хмурюсь и слышу собственное сердцебиение в ушах.

– Это не моя вина.

– Мы не будем платить за то, чего не вкусили.

Она снова хлопает дверью перед моим лицом.

– НЕВЕСТЗИЛЛА! – ору я.

Дверь снова открывается.

– Фэллон, мне очень жаль, – говорит Мэйв. – Я поговорю с ней, когда она остынет.

Лицо горит. Мне нужна вода.

– Спасибо, – говорю я и уношусь прочь.

Я не продумала, что делать в таких ситуациях. А как? Кто вообще мог это предвидеть? Не так все должно было обернуться. Они должны были быть в восторге от моего шоколада и рекомендовать меня друзьям. Заказы должны были сыпаться один за другим.

Я сажусь в машину и вижу, что под дворником лежит бумажка. Я открываю окно и хватаю ее. Да вы издеваетесь! Штраф за парковку в неположенном месте. Уф! Я скашиваю взгляд и вижу знак «Парковка запрещена» у обочины. Клянусь, его только что кто-то поставил. Вечер полон дорогих сюрпризов. Я вижу еще одну бумажку под дворником со стороны пассажира, вылезаю из машины и достаю ее. На ней большими печатными буквами написано «ОТЛИЧНАЯ ПАРКОВКА УРОД».

Я выдыхаю и трясущимися руками достаю телефон. Раньше в такой ситуации я бы написала Беатрис, спросила бы ее совета. Она рассказала бы мне что-то интересное про стриптизеров, например как часто они ходят на депиляцию, а я бы сказала, что он, похоже, пропустил несколько последних сеансов. Вместо этого я звоню Эйвери.

Она отвечает после первого гудка.

– Что случилось? Ты никогда не звонишь мне по вечерам пятницы.

– Меня ласкал стриптизер, а потом он уничтожил мой шоколад.

Эйвери громко фыркает.

– Э-э… Поздравляю?

Я смеюсь, понимая, как пошло это звучит.

– А потом мне выписали штраф за идиотскую парковку.

– Боже! Ты сделала мой вечер, – говорит она.

– Рада, что могу тебя повеселить.

Она снова фыркает:

– Извини. У меня худшее первое свидание на свете. Расскажи еще что-нибудь, не хочу возвращаться к этому кэтфишеру[15].

– Тебе попался кэтфишер? Уф. Нам обеим выдался тяжелый вечер.

Я пересказываю ей случившееся. К концу истории мы хохочем до боли в животе и не можем даже перевести дыхание.

– Спасибо, – кое-как выдавливаю я. – Мне это было нужно.

– Обращайся.

– Что там с твоим парнем?

– Раз уж он кэтфишер, то и я могу его кинуть. И потом, ты нуждалась во мне.

По груди разливается тепло.

Эйвери говорит, что мне стоит подать иск в суд мелких тяжб, но это такая головная боль…

– Не знаю, справлюсь ли я вообще с этим шоколадным бизнесом.

– Ты что, позволишь одной вечеринке разрушить твою мечту?