Крис сказал, что мне лучше держаться от Лоры подальше, и Александра скорректировала наше расписание. Мы перестали пересекаться на сменах и дежурствах, но это не решило проблему и не помогло мне забыть Лору.
Когда сегодня мы встретились в коридоре – впервые после того отвратительного разговора, – я понял, как сильно скучал по ней все это время. С каждым шагом, с каждым вздохом чувствую, что скучаю. Несмотря на это, я не подошел к ней.
При виде Лоры мне на долю секунды захотелось забыть обо всем на свете и быть с ней. Ее взгляд и выражение ее лица бередили мне душу. Но потом Лора ушла, и я вернулся к своим делам. Наверное, она права. Наверное, я и правда трус.
Работа по-прежнему важна для меня, но, признаться, она перестала быть центром моей вселенной. Я так боялся не справиться с новыми обязанностями и стать плохим наставником, что переусердствовал. Как и все прошлые годы, я был слишком решителен, амбициозен, одержим.
А потом пришла Лора и перевернула все с ног на голову.
А потом кто-то подал на меня жалобу, и все пошло прахом.
А потом мне в голову пришел вопрос: стоит ли эта работа таких жертв? Стоит ли она Лоры…
– Время обхода! Да, детка! – Сьерра, готовая к утренней смене, захлопывает шкафчик и залпом выпивает двойной эспрессо.
– Не будь такой отвратительно бодрой, умоляю, – бормочу я, с трудом удерживая глаза открытыми. Я полночи болтала с Джесс по скайпу, то проклиная Нэша, то молясь о его возвращении и поглощая сладости в нездоровых количествах. Жалкое зрелище.
– Вы обе сегодня очень странные, – говорит Мэйси, поправляя очки.
– Ага, как если бы поменялись телами, – добавляет Митч, и мне наконец удается полностью открыть второй глаз.
– Что?
– Не смотри так на меня. Вы со Сьеррой обычно ведете себя прямо противоположно. Ты, Лора, веселая и ироничная, а ты, – Митч кивает на Сьерру, – сварливая и саркастичная.
– Не выдумывай, Ривера. Я часто веселая, – возражает Сьерра.
Зина смеется так, что на глаза ей наворачиваются слезы. Митч, приподняв брови, смотрит на Сьерру:
– Смотри, реакция окружающих говорит сама за себя.
Джейн, улыбаясь, качает головой, после чего уходит первой. Мэйси следует за ней, и Зина, посмеиваясь, тоже оставляет ординаторскую.
Райан наверняка уже заступил на дежурство и ждет остальных.
– Пойдемте. Лора, ты выглядишь…
– …ужасно, знаю, – заканчиваю я за Сьеррой фразу и дважды хлопаю себя по щекам, пытаясь проснуться.
Плетусь за ней и Митчем и, войдя в палату, вижу, что все, включая доктора Пайн и Нэша, уже собрались и ждут только нас. Мы, интерны, должны присутствовать на главном обходе в полном составе, независимо от того, где дежурим.
– Доброе утро, миссис Грин. Как вы сегодня себя чувствуете? – спрашивает доктор Пайн.
– Не хуже, чем вчера, – бросает ей легкую улыбку миссис Грин. – Это само по себе неплохо.
Мы, дружно улыбнувшись, слушаем доктора Пайн.
– Миссис Грин, тридцать девять лет, поступила в отделение неотложной помощи с сильной болью в спине, отдающей в правую ногу. Удара пациентка не припоминает. Боль началась две недели назад и в последние несколько дней усилилась, особенно в правой ноге. Иногда ногу покалывает.
Доктор Пайн говорит и говорит, и сначала я внимательно ее слушаю, но потом совершаю ошибку, посмотрев на Нэша.
Он выглядит бледнее обычного, но все равно чертовски хорош собой. Трехдневная щетина превратилась в аккуратную небритость, шрам на губе почти не виден. Вспоминаю, как прикасалась к нему, как целовала его. Вспоминаю объятия Нэша и его взгляды, думаю об отношениях, на которые мы отважились. В голове прокручиваются наши разговоры. Чувствую, как в горле встает ком. Проглатываю слова, которые хотела бы швырнуть в него, проглатываю тоску.
– Доктор Коллинз!
Вздрагиваю, услышав голос доктора Пайн. В палате воцаряется полнейшая тишина.
– Да?
– Какие исследования необходимо провести, чтобы поставить диагноз?
Черт. Я все прослушала. Чувствую, как горят щеки, и ненавижу себя за то, что сейчас скажу.
– А какие исследования уже были проведены?
Выдерживаю взгляд доктора Пайн и стараюсь не выказывать облегчения, когда та просит Сьерру повторить.
Я справлюсь. Я это учила, оно у меня в голове. Что делать, если при клиническом обследовании выявлен поясничный сколиоз и – что Сьерра сказала?
В голове пустота. Вакуум. Никаких ответов.
Я теряю ощущение реальности. Мой взгляд возвращается к Нэшу.
– Думаю, вам не следует участвовать в сегодняшнем обходе, доктор Коллинз, – говорит доктор Пайн, и ее слова действуют на меня как пощечина. На меня никто не смотрит. Никто, кроме Нэша. Чувствуя на себе его взгляд, широко расправляю плечи и выхожу из палаты.
Дверь за мной захлопывается. Иду в комнату отдыха, сдерживаясь, чтобы не перейти на бег, а потом вваливаюсь в дверь, проношусь мимо шкафчиков к раковине и замираю, упершись в нее руками. Рвано дышу, мне не хватает воздуха, и, не успев понять, что происходит, я начинаю рыдать. Потому что сегодня я впервые по-настоящему разочаровалась в себе.
