Тем временем пошли поздравления, причем оператор снимал не столько тех, кто говорил приветственные речи, сколько зал, который впечатлял своей непривычностью. Кстати, в народе активно ходили слухи, что я не просто так скупаю «кирпичи Древних». Мол, если знать, как их использовать, можно построить такой же дворец. Правда, варианты использования были от закладки в фундамент до монтирования в стены. Почему-то считалось, что эти «кирпичи» наберут магическую энергию и дальше начнут разрастаться в полноценное здание. Никто не задался вопросом, почему раньше ни один кирпич не разросся. Одним из существенных минусов этих слухов оказалось то, что из свободной продажи контейнеры в одночасье исчезли. Буквально за пару дней ни на одном из сайтов не осталось запасов. Я еще успел купить несколько с алхимическим оборудованием — и на этом все. Артефакты и «монеты» продолжали продаваться, так что была надежда нужное набрать, хотя коллекционеров развелось многовато. Причем те, кто начал собирать «монеты Древних» в последнее время, чаще всего подражал мне. Такая вот оборотная сторона популярности.
— Не жалеешь, что пропустил такое важное мероприятие? — поддел меня Греков.
— Там от меня оба дяди, — намекнул я. — Достаточно.
Олег не только приехал на коронацию, но и привез законченный портрет Песца. Вышел на нем симбионт как живой, и ему даже не к чему оказалось придраться. Важный, красивый, пушистый, с мудрыми и одновременно хитрыми глазами. А хвост так вообще получился шедевральным: такой хвост — предмет зависти у любого невиртуального песца. Симбионт просил передать, что он тронут, и надолго завис перед собственным изображением, попросив меня никуда не уходить, пока не налюбуется, что он мог делать только через меня.
Олег же был результатом не слишком доволен. Сказал, что это тестовый портрет, а следующий будет куда лучше. Я пообещал, что мы его тоже повесим в нашей картинной галерее. Ольга меня поддержала, заявив, что такие изображения будут нашей фишечкой, которая непременно должна быть у каждого приличного творческого рода. Мне кажется, она уже прикидывала необходимость песцовых выставок, которые, по ее мнению, произведут фурор. Артефакт для детского кормления, кстати, уже вовсю тестировался, еще немного — и пойдет в открытую продажу, под которую Ольга с подругой уже готовят рекламную кампанию.
Я же подгоняд очередной блок под запрошенный артефакт улучшения внешности и прикидывал, чем займусь дальше. Вариантов была масса, и все — необычайно интересные. Песец мой энтузиазм остудил, напомнив, что у меня теперь интересы немного сдвинулись в сторону образования, приличествующего будущему императору.
При этом сидровый заводик все же оставался в зоне его интересов — пришлось пообещать съездить на место с нужными контейнерами, как только закончится наш карантин. Теоретически я мог под невидимостью и с контейнерами в пространственном кармане туда добраться сам, но смысла в этом не видел — зимой яблони все равно будут в состоянии покоя, торопиться некуда.
— Нужно еще какой-нибудь алхимический род подгрести, — вспомнил я, — чтобы не варить вам постоянно зелья. Такое впечатление, что вы их литрами пьете.
— О, кстати, чуть не забыл, — обрадовался Греков. — С тобой Рыжов очень хотел поговорить.
— Рыжов?
— Алхимик наш главный. Рвался сюда лично приехать, да я ему сказал, смысла нет — все равно карантин.
— Точно, вспомнил. Он же меня проверял. Владимир Степанович?
— Он самый. Я его наберу, поговорите?
Я согласился, потому что на экране не было ничего интересного: все те же длинные формальные речи, нудные до невозможности.
Греков коротко переговорил, а потом передал трубку мне.
— Илья Александрович, вы не можете так поступить, — ошарашил меня Рыжов.
— Владимир Степанович, вы о чем? — удивился я.
— О том, что вы не можете оставить верных вашей семье алхимиков без знаний, — ответил он. — Вы же понимаете, что от нашего уровня зависит уровень зелий, которыми будет снабжаться ваша же дружина. На всю толпу вам при всем желании не сделать.
— Я и не собираюсь все делать сам. Как раз вот только размышлял, не взять ли под свое крыло алхимический род и передавать знания уже им.
— Зачем? У вас есть своя алхимическая служба, — уверенно ответил Рыжов. — И артефакторная мастерская у нас тоже есть если вы вдруг не знали.
В последней фразе почудился упрек. Поди, и забеспокоился, когда понял, что если пролетела артефакторика мимо своих, то и алхимия может пролететь. Про княжеских артефакторов я не подумал, но на них вполне можно переложить создание защитных и боевых артефактов, если я ими когда-нибудь займусь. А вот всякая детская фигня для княжеских специалистов — это несолидно.
Возможно, Рыжов так не думает, вот и подсуетился, чтобы я не успел сделать ошибку и не принял еще один профильный род. Очень уж вкусные бонусы стояли на кону.
— Илья Александрович, мы куда надежнее сохраним тайну, чем посторонние вашему роду.
— Я передаю только под личную клятву мне.
— У нас она уже есть.
