Я продолжал подъем, сосредоточившись на каждом шаге, на каждом движении. Мои ноги уже дрожали от усталости. И это уже реакция организма носителя! А он профессионал в этом деле! Если бы горный квест был в теле, соответствующим моему телу в реале, я бы уже давно, как минимум, сидел на каком-нибудь валуне, давая организму возможность отдышаться перед спуском в обратном направлении!
Но вид от того, что уже пройдено заставлял меня двигаться дальше.
С каждой преодоленной пядью, я чувствовал нарастающее напряжение, словно сам воздух становился гуще, тяжелее. На самом деле он тут, как раз наоборот, более разряженный.
Мне, как Медоеду, казалось, что даже камни противостоят моему движению, стараясь остановить меня. Но остатки сознания носителя, будто смеясь над моим, требовали делать новый шаг, утверждая, что я уже так близок к вершине! Немного! А снова, еще немного!
А вот и пурга начинается! Пока не сильная, но если снега в ветре добавится, то о подъеме придется однозначно забыть!
Я поднял голову. Вдали, сквозь вихри снега, я увидел вершину. Еще несколько часов назад она казалась недостижимой, а я только знал, что должен добраться до нее. Теперь знаю другое. Доберусь! Но при условии, что прямо сейчас отдохну!
Мысли от усталости путаются. В голове настоящий салат из поговорок. «Умный в гору не пойдет!». Уже было! Даже несколько раз. «Волка ноги кормят!». А это к чему! «В гольфе сначала „шмяк“, а потом „блииин“. В горах наоборот!». Этого бы не хотелось! «Если гора не идет к Магомеду, значит Магомед идет к горе». Я же не Магомед, а Медоед! И дышать тяжело!
Сука! Я все равно доберусь до вершины! Это уже не носитель, давно уснувший в недрах моего сознания! Это даже не Игрок Медоед! Этого хочу лично я сам!
Этот подъем стал не просто восхождением на гору, а проверкой на прочность, проверкой моего духа, моей психики.
И я не сдамся. Я доберусь до вершины, во что бы то ни стало. Даже если для этого придется идти еще часами, преодолевая боль, усталость и бушующий ветер, на этом бесплодном, каменистом склоне. Даже, если доберусь последним! Вершина ждет! И я иду к ней!
Что-то пафосные мысли в голову полезли! Наверно кислородное голодание!
Опираясь всем туловищем на ледоруб, немного отдохнул. А ведь где-то карабкаются вверх еще трое претендентов. Это в начале пути мы были далеко друг от друга! Теперь, чем ближе вершина, тем и соперники в гонке ближе. И может быть, что гораздо ближе, чем я предполагаю!
В горах нет прямого пути. И я уже несколько раз смещался в стороны. И конкуренты могли сместиться ближе ко мне. Я, кажется, больше влево забирал, обходя препятствия.
Ухо уловило, как упало несколько камней справа от меня. Их мог стронуть с места кто-то из конкурентов, уже забравшийся выше!
Память Кабаяси возвращалась в момент, когда я, достигнув устойчивого снежного покрова, понял, что пора использовать специальное снаряжение.
Развернув коврик и примостившись под выступом огромного камня, начал манипуляции с «кошками». Сразу нацепить на ноги не получалось, пока Ючи не подсказал, как это сделать правильно.
Теперь я «шипованный»! Но сразу вставать и продолжать путь не хочу. По плану теперь короткий отдых и еда.
Много есть не планирую. Для поддержания сил съем одну упаковку с супом. На всем только японские иероглифы. Правда, будь там хоть английские буквы, хоть арабская вязь, мне всё равно. Познания у меня в иностранных на уровне немецкого «Хенде хох» и английского «Гуд бай». А! Еще по-французски могу! «Шерше ля фам!». Полиглот!
Разобрался что к чему, благодаря картинкам на упаковке.
Достать. Встряхнуть. Выдернуть в нижней часть шнур, проходящий по периметру коробка. Ждать от трех до пяти минут, пока запущенный химический процесс нагреет пищу. Теперь вскрыть и перелить в посуду.
Я не сказал бы, что это вкусно. Но было сытно! Опять же, тёплая пища на холоде заметно бодрит!
Теперь снова рюкзак на плечи, и вверх! Ючи снова вынырнул из подсознания. Воспротивился, когда я хотел выбросить упаковку. Это правильная подсказка. Нечего тут мусор разбрасывать! В рюкзак ее!
Сворачиваю коврик, и подбираю Малый кристалл. Так устал, что не обратил на него внимания, когда усаживался. Главное, что все-таки заметил.
Теперь каждый шаг, это удар ногой в очень плотный снег, чтобы вбить в него шипы. Удар. Перенос веса. Второй удар.
Откуда-то справа опять что-то обсыпалось. Звуки доходят с фоном отражающихся от скал звуковых волн. Невозможно определить направления, где находится его источник. Ясно, что это там карабкается Игрок в теле альпиниста Исиды.
Но получилось так, что заметил первым я не шумевшего время от времени Исидо.
В поле зрения попал Кацуро Муроками, начавший штурмовать гору по южному склону. Он был мной замечен слева и даже немного выше. Мой Ючи его опознал даже с такого расстояния по синей куртке. Что-то еще промелькнуло в голове… Какая-то эмоция, суть которой я не уловил. Хрен с этой эмоцией! Я же отстаю!
