— Ты пропусти четыре выпадения манны. Были и продукты, и вещи, и инструменты. Все, что однозначно полезное, собрано, перебрано, упаковано. По предметам, которые мы не понимаем, сам разберешься. Но все сразу железное обмазали смазкой. Теперь есть специальная, чтобы масло не переводить. Целый ящик прилетел с тубами.
Еще по соседям. Они там колышков по меже натыкали. Густо, густо. Я не вмешивалась. Думаю, пусть закончат. А как стемнело вчера, позвала соседа и включила лазерную указку. Они метра на три залезли в наш сектор. Сказала, чтобы переделывали. Проглотил молча.
— А ты вредная! — я погладил ее по спине, в конце сместив руку ниже.
— Не вредная, а справедливая. Но могу быть и злая. Руку убрал! Сегодня не моя очередь на прикосновения. Вижу, что в полном порядке, значит в палатку Лерка придет. Продолжаем по графику.
— Тварь приходила?
— К нам ни разу. Видеть — видели в секторе, но она куда-то к другому месту передвигалась. К дальнему месту выпадения пищи. А в прошлый вечер в первом, втором и третьем секторах подошла совсем близко. Там выпадение было рядом с подножием холма. Снова огненными стрелами отгоняли.
— А там как с ограждением?
— На том краю Артем верховодит плотно. Там колья острые в землю вбивают и вкапывают. Гриш, я не знаю, не мое дело, но все эти заборы, для такого большого существа чепуха, а не препятствие.
— Любое живое существо остерегается ненужных травм. Каждая ранение создает опасность ослабления. Или пищу не сможет добыть, или конкурента отогнать. Ломать своим телом мало кто будет. В нашем мире разве что слоны да носороги на такое способны. А многоножка, хоть и огромна по размеру, но не такая массивная, как кажется издали. Я-то ее имел возможность рассмотреть! Там видимость большого размера многосегментные лапы создают. И длинная густая щетина, покрывающая тело и лапы. Вот многоножка и кажется очень большой, и объемной. Но это не уменьшает степень ее опасности. Аномалия зарождается. Пора собираться.
— Ага! Пока ты бездельничал, Галя с твоим луком тренировалась. Юлька тоже пробовала, но руки слабые. А Галина — продавец в сельском магазине. А там и грузчик, и подносчик товара, и участковый, чтобы кому-то тумаков надавать, руки крепкие нужны.
— Ну, и пусть будет с луком. А я шест-факел возьму.
Ничего нам не пригодилось. Аномалия близко к нашему укреплению не смещалась, а значит и многоножке сюда идти было незачем. Снова небольшое высыпание было в районе колючих зарослей, но там уже с утра посмотрю. А теперь в палатку. Но сначала в «ванную».
Женщины в созданном мной водоеме не купались. Проточная вода из родника для этого была довольно холодная. Они использовали воду, которая в течение дня грелась в различных емкостях. А мне в самый раз. Прохладненькая!
Пока обтирался полотенцем, по привычке включил «сканирование», и тут же замер. Сначала по фону свечения, я подумал, что удача подкинула мне Большой кристалл. Но нет. В месте, где девчата складывали бытовые отходы в коробки, для того, чтобы потом отнести их к пропасти, лежали Малые кристаллы. Пятнадцать штук!
Я не смог вспомнить, обследовал ли я специальным зрением этот участок или нет. Неважно! Пятнадцать кристаллов, один за другим сбрасываю в хранилище. Но не все. На очередном не смог этого сделать.
— Нет!
Даже представить не мог, что заполню его полностью. В мечтах, конечно же, было. Но мечты и реальность, далеко не всегда совпадают. У меня вот получилось.
Четыре не поместившихся камня я перенес к палатке, и засунул под нее справа от входа.
Все! Теперь, после материальных радостей, буду ожидать телесных.
Я забрался в палатку, и растянулся на спине, в ожидании Валерии.
Из-за матерчатой стенки доносились приглушенные голоса женщин. То ли спорят, то ли какое-то бурное обсуждение. Но от палатки далековато и смысл не понятен.
Пока прислушивался, Лера проскользнула внутрь так ловко, что ей бы и ниндзя позавидовал. Только у нее не было целью убийство клиента.
В полной темноте я не мог разглядеть ни ее лица, ни очертаний фигуры. Только тепло севшего на мой живот тела. И какую-то вибрацию. Мелкую дрожь, передававшуюся от нее ко мне.
Наконец она склонилась, и прижалась всем телом. Я хотел обнять, но она остановила, удержав мои руки.
— Не надо! — прошептала она в самое ухо. — Просто полежи пока. Немного. Я должна привыкнуть. И я все сделаю сегодня сама. Пожалуйста! Хорошо?
Я не ответил. Ей сейчас не нужны мои слова. Потом, позже будем разговаривать.
А потом я провалился в круговорот мыслей. Блаженство! И куда делать та скромная женщина, которая совсем недавно все время старалась прикрыть ладонями свои прелести от моего взгляда, постоянно краснея и опуская глаза?
