«Отец… шесть пропущенных от его помощницы и пятнадцать — от Эмилии», — отметила я, отключая на время звук.
— Так что ты говорила по закончившийся резерв?
— Не закончившийся, а максимально использованный, — спокойно исправили меня — Поверь, тебе очень повезло. Ты очень много сил влила в единовременный процесс становления нашей симбиотической связи, которая даже в экстренных случаях формируется в несколько этапов. Сейчас тебе нужны хорошее питание и отдых. Я обо всем позабочусь…
— Нет, — прервала я Каплю, поднимаясь на ноги, — Я не могу все время торчать у тебя на борту, у меня есть еще своя жизнь, свой дом и люди, которым я не безразлична и которые рассчитывают на меня. Все что произошло сегодня… Этого слишком много для одного раза. Ты же понимаешь? Сейчас я покину тебя и вернусь, когда почувствую себя лучше и буду готова к конструктивному диалогу.
Удивительно, но она действительно меня поняла, и уже через четверть часа, вогрузив себя на припаркованный рядом мотограв, я полетела в сторону дома. Все эти события нужно переспать…
— Информация подтвердилась?
— Да. Кто-то действительно дважды создавал гиперпереход.
— Какова вероятность того, что это была просто природная аномалия?
— Нулевая. Наши аналитики поработали с данными и в один голос утверждают, что, судя по размерам энергетических всплесков, это был корабль.
— Даже не смотря на то, что наша система обороны не зафиксировала ни в воздушном, ни в околокосмическом простанстве ни одного незарегистрированного объекта?
— Да.
— Точки входа-выхода перехода определены?
— Еще нет, но специалисты уже работают.
— Благодарю. Скинь всю имеющуюся сейчас информацию на мой инфор. О произошедшем необходимо сообщить тивэю.
Это в фильмах или книгах герои, попав в какой-нибудь переплет, выходят из него измочаленные и, не обращая внимания на усталость, мчатся на подвиги дальше. Мне даже со своей полуоборотнячей выносливостью и богатой фантазией сложно представить, как подобное можно исполнить. Мало того, что вряд мне удалось бы без помощи автопилота добраться до дома, так едва я переступила его порог, в моей голове осталась одна более менее адекватная мысль — сначала поесть, а потом поспать, или выспаться по полной и тогда уже подчистить холодильник. Так как в тот момент мозг не был способен решить такую сложную задачу, ела я прямо в кровати…
А на утро я проснулась от дикой головной боли. Самочувствие было хуже не куда — меня всю трясло, к горлу подкатывала тошнота. Я попыталась подняться с кровати, но застонала от нового приступа, который отбросил меня обратно на подушку. На улице светало…
Конечно, можно было лежать и страдать дальше, но я предпочла добраться до аптечки, которая после того как я лечила Кэдэна осталась лежать в гостиной. Пару инъекций обезболивающего — и через пару минут неприятные ощущения стали исчезать, мой организм расслабился, а дыхание выровнялось.
Боже мой, насколько приятно почувствовать себя живой и здоровой! Видимо это были те последствия, о которых говорила Капля. Интересно, как она там? Надеюсь, ее в мое отсутствие никто не обнаружит, а противном случае таким кораблем быстро заинтересуются военные, а это чревато большими неприятностями. Причем не только для нее, но и для меня… Успокаивало одно — если бы могли, уже нашли. А так она там уже не один день находится. Анализируя в свете нового дня свои вчерашние действия, я находила в них изъяны, а кое-какие поступки, совершенные наугад, мне казались откровенной глупостью.
Постепенно беспокойство вместе с остатками боли отступали, и ко мне возвращалось мое обычно-хорошее настроение.
Душ…
Кофе и бутерброды…
Вытряхнуть крошки из постели…
Из ленивых размышлений о том, что делать дальше, меня вырвал звук коммуникатора
— Здравствуй, Эмилия, — поздоровалась я со своим редактором, с каким-то отстраненным удивлением разглядывая ее непривычно растрепанный внешний вид.
— Алиса, наконец-то, — с облегчением вздохнула она, рассеяно поправляя манжеты на тонкой шелковой рубашке — Я тебе уже второй день звоню. Не знаю никого другого, с кем так сложно связаться при необходимости.
— Если я не ошибаюсь, у меня вчера был законный выходной, — нахмурилась я, недовольная замечанием.
— Ты что! — тут же испуганно открестилась она — К тебе никаких претензий! Это я бубню по привычке, не обращай внимание. Я собственно к тебе по такому вопросу…
Далее последовал подробный рассказ, о том, что газете светит эксклюзивный материал, который выведет наше издание на новый уровень. А выбил это для нас, как предполагает Эмилия, новый хозяин.
— … хотя официально и говорят, что был объективный конкурс, но как ни крути мы не самые лучшие в своем деле, хоть и перспективные, а Одинцов все же большая шишка даже в мировом масштабе…
— Круто… — зевнула я, вполуха слушая восторги редактора собственным детищем и соображая, осталось ли у меня что-нибудь в холодильнике после вчерашнего — Я правильно понимаю, что ждешь моих, надо сказать, заслуженных поздравлений?
— Нет. Я жду тебя. Вернее, мы все ждем тебя.
