Школьных заводов мы в Новгороде не обнаружили. Впрочем, это было известно заранее, поскольку «Чайка» по-прежнему является учреждением одиноким. Правда, уже приняты соответствующие решения, по которым в столице в ближайшее время должны появиться аналогичные предприятия, однако торопиться с победными реляциями не стоит: как показывает опыт, решения легче принимать, чем реализовывать. А пока — всюду в стране происходит, видимо, тот же процесс, что и в Новгороде: идет экспериментальное «отлаживание» моделей. Исходя из местных условий, из сложившихся традиций, органы народного образования вместе с производством пытаются понять: что же лучше? Вкладывать миллионы в развитие УПК, куда собирать возможно большее число старшеклассников, а постепенно и более младших ребят? Развивать уже имеющиеся в школах мастерские — сегодня они именуются громче: «Кабинеты производительного труда», но суть, в общем, та же? Или же целиком переложить все заботы о трудовом взрослении ребят на плечи заводов и фабрик, создавая специальные рабочие места для мальчишек и девчонок прямо в цехах? Думаю, что вряд ли кто-нибудь в стране готов сегодня сказать, что у него имеется готовая модель (директор «Чайки», пожалуй, составляет исключение). Судя по всему, складывается этакий переходный вариант, который предполагает, что ребята младших классов будут прямо в школах производить простейшую продукцию по заказам базовых предприятий, что в УПК будут направляться ученики 7—8-х классов, то есть учебно-производственные комбинаты резко помолодеют, что самые старшие из школьников придут непосредственно в цеха заводов и фабрик.
А дальше начинается масса дополнений, поправок, уточнений. Некоторые школы не нуждаются в помощи УПК, потому что давно уже изобрели более эффективные способы включения школьников в производительный труд. Некоторые заводы не могут принять ребят в свои цеха.
Причин много: вредность производства, особый режим пропусков, слишком сложная технология. Впрочем, последний пункт в силу некоторой туманности иногда служит лишь оправданием для тех, кому не очень хочется возиться со школьниками.
У КамАза колеса большие, да и у БелАЗа, МАЗа — тоже. Рядом с этим колесом мальчишечья фигурка кажется особенно беззащитной — куда тебе, мальчик, отойди от колеса, а значит, и от машины и от треста нашего Новгородстройтранса, потому что не можем мы изыскать работу одновременно и полезную, и доступную тебе. Так бы и мог сказать трест своей базовой школе № 10, и претензий к нему было бы меньше, чем, скажем, к швейной фабрике: на нет и суда нет. Но ведь сидело руководство треста за полированным своим столом, головы умные ломало, еще и еще раз перебирало всевозможные варианты. Кое-что придумалось. Девчонки базовой школы получили заказ — приводят в порядок шоферскую одежду, которую после стирки, если посмотреть пренебрежительно, то можно пустить на ветошь, а значит, деньги народные — на ветер. А можно — так здесь и сделали — вручить школьницам нитки, иголки. А потом и спасибо от водителей, которым, говорят, тоже не все равно, в каком наряде за рулем сидеть, хотя, кажется, кто их там, на стройках, видит?
Рядом с колесом большегрузного автомобиля мальчишка и впрямь несоразмерно мал, но вот рядом с тормозной накладкой (колодкой) глядится вполне пристойно. С приходом школьников всего-то и высвободилось несколько слесарей, но тут ведь каждый слесарь — на вес золота.
И для малышей-третьеклассников работенку удалось-таки подыскать: картонные прокладки делать, операция тихая, неприметная, но все равно необходимая, потому что механизации пока не поддается: каждому тресту иметь свой автомат невыгодно по причине небольшой потребности, а возить эти хрупкие детальки, да еще десятки видов (поскольку грузовики-то в тресте всех видов!) себе дороже. Вот и внедрился сюда третьеклассник Петя, сидит себе и вырезает эту скромную деталь ножницами. И все довольны...
В скобках замечу, что изыскание продукции, которая была бы по силенкам самым маленьким школьникам, — это один из самых крепких «орешков», о которые обламывает зубы школа. С одной стороны, еще очень силен психологический стереотип, который заставляет с сомнением смотреть на сами эти поиски, а с другой — поди-ка поищи среди станков, конвейера некую деталь, пригодную для детских рук. Это ведь раньше бывало, что, скажем, плетение особо дорогих кружев лишь пятилетним девочкам и доверяли — лишь их пальчики обладали нужной чувствительностью, так ведь это когда было, при царе Горохе — теперь, кстати, говорят, что и пальчики не те, не столь чувствительны...