Правила были несложными. Одни в кромешной темноте нагроможденного лабиринта прятались, а другие – их искали. Мы в прошлом году с Альмой попытались сыграть, но закончилась забава трагически. Подруга врезала по зубам парню, который попытался обхватить ее поперек груди. Потом она божилась, что сработал вдолбленный на тренировках рефлекс, но отступные пострадавшему все равно пришлось заплатить.
– Не в этот раз, приятель, – отказался Финист, минуя аттракцион.
– Думала, что северяне обожают традиционные развлечения, – подколола я.
– Считаю себя шайэрцем, поэтому застольные игры мне ближе, – с улыбкой подмигнул он и снова обхватил пальцами мою ладонь. – У тебя ледяные руки. Замерзла?
– Нет, – соврала я. Не скажешь же, что больше всего замерзли уши.
– Тебе нужно горячего вина, – решил Берт.
Лучше капор или, на худой конец, шаль, чтобы прикрыть голову. Наплевать на красоту! Но в лавку с женскими мелочами меня не звали, так что пришлось шагать к прилавку с горячими напитками.
Мы пристроились в конец очереди. Место оказалось стратегически неудобным. Проходящий мимо народ толкался локтями и теснил нас друг к другу. В итоге, стараясь избежать очередного тычка между лопатками, я практически прижалась к Финисту.
– Совсем холодные. – С нарочито озабоченным видом он поднес мою руку к своим губам и попытался согреть теплым дыханием. – Лучше?
Жаль, нельзя подуть на обмороженные уши.
– Гораздо, – пробормотала я.
– А так?
Изящным движением он раскрыл мои пальцы. Губы прижались к чувствительной коже на ладони.
– Практически растаяла.
Мурашек не побежало, но было приятно просто от осознания, что мечта все-таки сбылась. Пусть с этой мечтой гаргульи доставили еще и кое-кого. Не буду показывать пальцем на Киара Рэнсвода, это не очень прилично.
– Молодые люди, чем будете согреваться? – позвала нас торговка.
Согреваться решили горячим вином подозрительно бледно-красного вместо рубинового цвета.
– Держи. – Финист вручил мне горячий стаканчик из хрупкой слюды и сделал глоток из своего.
Я пригубила напиток только для вида, но вино оказалось паршивым и разбавленным, так что оба стакана отправились в мусорный короб.
На открытом помосте иллюзионист показывал фокусы. Не знаю, сколько в них было магии, а сколько зрительного обмана, но руки у парня оказались проворные. Народ был в восторге. Заклятиями-то в Шай-Эре никого не удивишь – здесь все обладали магическим даром. Просто не всем по плечу и по средствам получить высшее магическое образование.
– Давай посмотрим, – не глядя на Финиста, попросила я и буквально залипла в толпе, боясь пропустить хотя бы мелкий жест ярмарочного ловкача.
Северянин не спорил.
– Тебе нравятся фокусы?
– Они забавные, – улыбнулась я, боясь на него посмотреть. – Смотри, какие у этого парня быстрые руки.
В следующий момент Берт тесно прижался к моей спине грудью и обнял за талию.
– То есть ты тоже ловкий парень? – с трудом сдерживая улыбку, с иронией спросила я.
– Более чем, – прошептал он, щекоча ухо теплым дыханием.
Чуть не попросила ради согрева еще что-нибудь пошептать и повернула голову. Мы практически ударились носами, оба замерли. На лице Финиста танцевали разноцветные тени от многочисленных огней. Он был так близко, что поцелуй казался неизбежным. Просто встать на цыпочки и прижаться к его приоткрытым губам. Но, как бы банально ни звучало, на пороге своей еще одной большой мечты я не могла избавиться от дурацкой мысли, что у меня тоже обветренные губы. Сама от себя не ожидая, быстро облизала их. Глаза Финиста вспыхнули, он склонил голову, нацеливаясь на поцелуй…
В этот душераздирающий момент северянина позвали по имени. Мы оглянулись синхронно. Оказалось, что на ярмарку заявились его вездесущие приятели, и стало ясно, что свидание подошло к концу и начинается шумная гульба. С другой стороны, здесь развлекалась половина академии. Радовало одно: мы провели вдвоем больше получаса. Наш личный рекорд!
Объятия все-таки пришлось разомкнуть.
– Мы собираемся прокатиться на горке, – поделился планами один из парней.
– Каталась на горке? – немедленно спросил Финист.
– Нет. – Я с обеспокоенной улыбкой покачала головой и покосилась на деревянную громадину для самоубийц, с которой на круглых гладких дощечках с воплями съезжали люди. – И честно говоря, не уверена, что хочу пробовать.
– Это же самое веселое на ярмарке, подруга! – хохотнул все тот же парень, по-свойски хлопнув меня по плечу. Ни мне, ни плечу это не понравилось.
Просить Финиста послать приятелей… на горку без нас было неловко. Уверена, они и так меня посчитали отчаянно унылой. Оставалось послушно тащиться в компании к страшенному сооружению.
– Давай с нами! – уговаривал он.
– Боюсь высоты, – призналась я. – Буду встречать тебя внизу.
С предчувствием неизбежной катастрофы я следила, как компания поднимается по лестнице на самую верхотуру. Полагаю, где-нибудь на середине деревянных ступеней у меня случился бы приступ паники.
