Ишь как он запутал следы — точно хитрая лиса. После покушения на Мартынова пропал, улизнул от облавы, появился в госпитале в Химках и снова исчез… А потом эта заварушка на Таллинской улице в Строгино… Неужели эта врачиха и впрямь приютила Варяга у себя на бабушкиной квартире? Или наш хитроумный Владислав Геннадьич там тоже поставил спектакль, пробрался туда без ее ведома и подсадил двух головорезов, которые обвели вокруг пальца лопухов-омоновцев. И под занавес — сгоревший труп с мобильником… Мол, финита ля комедия, Варяг сгорел! Или действительно он сгорел?
Урусов остановился и, как утопающий хватается за соломинку, подцепил розовую папку. Нет, нелогично. Это нелогично. Ну не такой же, в самом деле, Варяг кретин, чтобы разыграть настолько бездарный спектакль на дороге.
Он раскрыл папку и перечитал показания дальнобойщика о налете на его фуру с кофе «Нескафе». Нет, все это выглядит так по-дурацки, так вызывающе, что можно подумать: кому-то сильно хочется дискредитировать смотрящего России. Да, похоже, двойник Варяга появился именно с такой целью.
Но есть и второй вариант: тольяттинский двойник Варяга к настоящему Варягу никакого отношения не имеет. А если так, то кто может быть заинтересован в появлении такого двойника? Только тот, кто мечтает подгрести под себя бесхозный воровской общак. То есть, другими словами, устроить большой шмон в воровском мире и… не только воровском, спутать карты всем игрокам, начиная с блатных и кончая кремлевскими? Не потому ли все это делается так нарочито и напоказ? Мол, смотрите, люди добрые, Игнатов объявлен во всесоюзный розыск, менты считают, что он сгорел в машине, а вот он, живехонек, гуляет по России вольным казаком, пускает кровушку кому ни попадя, грабит трейлеры…
И кому же выгодно дискредитировать смотрящего? Кто же может действовать столь бездарно, такими топорными методами? Урусову вспомнилась недавняя беседа с Тялиным. Как он там выразился? «Жив Варяг или погиб, речь идет не столько о его персоне, а о его, так сказать, наследстве, солидном наследстве…»
Сергей Гурьевич Тялин произвел на генерал-полковника Урусова впечатление злого, упрямого человека с довольно-таки узким кругозором. «Солидное наследство» — вот что его волновало больше всего. Уж не господин ли Тялин стал режиссером этой топорно поставленной драмы…
Обмозговав эту гипотезу, Урусов пришел к выводу, что Тялин вполне мог вести с ним двойную игру. «Ну что ж, мы тоже умеем вести двойные игры, мы и не таких умников обыгрывали», — самодовольно подумал Евгений Николаевич. И порадовался, что ему хватило ума снять копию с полученных в «Меркурии» распечаток телефонных бесед Сапрыкина. Во всяком случае, теперь у него припрятан джокер, которым в крайней ситуации можно будет воспользоваться.
Что ж, надо теперь сделать неожиданный ход и просто посмотреть, как противник себя поведет дальше. Просто сидеть и смотреть… Ну прямо как на рыбалке…
Он снял трубку с аппарата городской телефонной связи и набрал номер приемной заместителя президентской администрации.
— Это генерал-полковник Урусов из Министерства внутренних дел, — веско представился он секретарше. Через секунду его соединили. — Сергей Гурьевич…. — Урусов изобразил сильное волнение и продолжал вполголоса: — Помните, мы с вами обсуждали дело господина Игнатова? Так вот, у меня есть сведения, что обгоревший труп, найденный две недели назад, — это именно Игнатов Владислав Геннадьевич! Уж я и не знаю, радоваться нам или печалиться?
На другом конце провода повисло долгое молчание. Потом Тялин сухо поблагодарил генерала за важную информацию…
Ранним октябрьским вечером из подъезда многоэтажки-башни номер сорок шесть по Бусиновской улице вышел сутулый старик в длинном твидовом пальто и с палочкой в правой руке. Его усатое лицо почти наполовину прикрывали большие очки в толстой оправе. Опираясь на палку и прихрамывая, старик добрел до троллейбусной остановки и скрылся за рифленым стеклом под навесом.
Двое милиционеров, прогуливавшихся около дома, лениво зафиксировали появление хромого старика, но, поскольку внешность пожилого прохожего в очках никак не подходила под описание опасного преступника Игнатова, объявленного в федеральный розыск, оба мента лишь равнодушно проследили взглядом за хромым и, отвернувшись, сразу о нем позабыли, возобновив обмен мнениями по поводу вчерашней игры «Спартака» с «Локомотивом».
Между тем, оказавшись вне поля видимости, хромой старик сдвинул массивные очки на кончик носа и внимательным взглядом чиркнул по сторонам. Припаркованный возле универсама, метрах в ста от троллейбусной остановки, грязно-серый «Москвич» медленно тронулся с места. Когда машина поравнялась со стариком, тот весьма проворно для своего почтенного возраста приоткрыл дверцу и шмыгнул на переднее сиденье.
Двое милиционеров в этот момент продолжали оживленно обсуждать второй гол Титова.
Оказавшись рядом с водителем «Москвича», старик расправил сутулые плечи и раздраженно сдернул очки.
