Большой торпедный скандал полностью

Между тем контр-адмирал Локвуд принял дела и совершил инспекционную поездку по удалённым базам подлодок Тихоокеанского флота, а также проинспектировал судоремонтные мощности на западном побережье США, откуда 13 апреля был вызван в Вашингтон. Там он встретился с Главкомом ВМС США адмиралом Эрнестом Кингом, а затем принял участие в большом совещании в Министерстве флота, посвящённом повышению эффективности подводных сил. Как впоследствии вспоминал сам Локвуд, «ничего хорошего из этого не вышло, так как я не стеснялся в выражениях» , однако один из пассажей этого выступления впоследствии вошёл в большинство работ, посвящённых действиям американских подлодок во Второй мировой войне:

Если Управление вооружений неспособно обеспечить нас торпедами, которые попадают и взрываются, или палубными орудиями побольше детского ружья-хлопушки, то, Бога ради, давайте дадим поручение Управлению кораблестроения разработать для лодок крюки, чтобы мы могли хотя бы срывать листы обшивки с бортов целей!

В тот же день Локвуд навестил своего старого друга ещё по военно-морскому училищу в Аннаполисе, начальника того самого Управления вооружений, контр-адмирала Уильяма «Спайка» Блэнди на его рабочем месте. Разговор ожидаемо начался на повышенных тонах. В ответ на обвинения в злостной дискредитации Управления вооружений вообще и его, Блэнди, в частности Локвуд ответствовал в той же тональности: « Слушай, Спайк, если что-нибудь из того, что я сказал, заставит твоё Управление оторвать свою задницу и хоть что-что предпринять, то буду считать, что не зря потратил время на эту поездку! »

Старые друзья: Чарльз А. Локвуд (слева) и Уильям Г. Блэнди (справа), фото 1945 г.

После того как пар был выпущен, разговор перешёл в более конструктивное русло. Как потом оправдывал своего друга сам контр-адмирал Локвуд, тот был ведущим специалистом в области артиллерии, однако слабо разбирался в минно-торпедном деле и поэтому вынужден был в этом вопросе целиком полагаться на мнение своих подчинённых, «и я был уверен, что его неправильно информируют» .

В конце концов, адмиралы договорились, что командующий подводными силами Тихоокеанского флота командирует в распоряжение Управления вооружений несколько опытных офицеров-практиков, с тем чтобы они ускорили решение проблем со злосчастными магнитными взрывателями торпед Mark 14. Несмотря на острую нехватку специалистов, Локвуд отправил на Торпедную станцию в Ньюпорте пять офицеров, и вскоре после того, как они приступили к работе, начали всплывать крайне неприятные детали.

Во-первых, выяснилось, что комбинированный торпедный взрыватель Mark 6, на котором впервые в истории американских торпед кроме контактного был установлен ещё и магнитный детектор, был принят на вооружение по результатам одного-единственного успешного срабатывания в ходе одной-единственной серии испытаний в реалистичных условиях. И без учёта того, что в ходе той же серии испытаний, проходившей в далёком 1926 году, все остальные пуски закончились проходом под целью без срабатывания.

Фотографии серии испытаний магнитных взрывателей 26 мая 1926. На фото «А» – один из многочисленных проходов торпеды под килем корабля-цели (корпус списанной подлодки SS-48) без срабатывания взрывателя. На фото «B» – одно-единственное успешное срабатывание, на основании которого взрыватель Mark 6 Mod. 1 был принят на вооружение.

В первую очередь, это было вызвано всё тем же — недофинансированием на начальном этапе и наступившей вскоре «Великой депрессией». Конструкторы предпочитали проводить более дешёвые, «щадящие» дорогую матчасть испытания в лабораторных условиях, где магнитный детектор вроде бы вёл себя как положено. Так или иначе, наличие проблем не замечали на протяжении более 15 лет!