– Можно пригласить вашу даму, мсье? – Аргентинец вопросительно посмотрел на ошарашенную Викторию и согласно кивнул. "Боже, в этом ресторане танцуют и ещё завязывают знакомства!" – сообразила Виктория, возвращаясь к реальности. Она хотела отказаться, но было поздно – молодой мужчина, обращавшийся по-французски, бережно вел её в центр зала в круг танцующих. Кто он – русский, иностранец? Виктория не могла определить, решив на всякий случай отмалчиваться. Но её спутник и не стремился к общению. Серьезно и ловко он вел свою даму по волнам старомодного танго.
Высокий, элегантный шатен – выставочный образец платного партнера из хорошего дансинга. В глаза не заглядывает и рука, лежащая на талии, ведет себя строго, без всяких намеков и попыток разведать ситуацию. Заметив, что Виктория двигается легко, он попробовал более сложные движения, и ненавязчиво перешел на "высший пилотаж".
– Вы, конечно, посещали школу бальных танцев? – серьезно спросил он.
– Конечно, и принимала участие в европейских конкурсах, – шутливо ответила Виктория.
– Ну, тогда вот так! – партнер перехватил кисть Виктории за спиной, раскрутил её и поймал в пружинистые объятия. "Как Великовский тогда, в Новый год", – вспомнила Виктория, с симпатией глянув на танцора.
– Благодарю вас, мадемуазель, о всей широкой русской души. – Он улыбнулся, возвратив её на место и простодушно объяснил аргентинцу. – Мы отмечаем сегодня юбилей нашего уважаемого коллеги. Цирковое братство! Манеж – школа мужества. Еще раз – спасибо!
Виктория оторопело посмотрела на столик, за которым сидел её партнер. Заветные слова были произнесены – "русский", "цирк", "манеж". Поразительное совпадение, подарок судьбы! Она ждала, что парень пригласит её на следующий танец, но он пропустил его, а потом все же подошел, обращаясь опять-таки к аргентинцу:
– Мои друзья просят вас и вашу даму оказать нам честь провести пять минут за нашим столиком, бокал шампанского за дружбу, цирковое искусство и процветание России!
Аргентинец вопросительно посмотрел на Викторию и она согласно кивнула.
– Меня зовут Павел, – представился новый знакомый.
– Тори, – коротко ответила девушка.
Русских было всего трое – крепкие ребята, сразу видно, цирковые. Акробаты-прыгуны, скромняги, не желавшие распространяться о своих заслугах. Правда, по-французски говорил только Павел, а другие предпочитали смущенно улыбаться и подхваливать произносимые Павлом тосты.
– Лауреаты, "звезды" манежа, профессионалы высокой квалификации, а в присутствии иностранцев теряются, – незаметно шепнул он Виктории.
"И правда же – очень, очень милые… Но совсем другие – вылощенные, богатые, не то что прежние "цирковые", – думала Виктория, – тем "Метрополь и не снился". Ей стало весело и необыкновенно легко. Будто с этими ребятами выросла она в "опилках"… Вот так и подмывало спросить про Караевых или сказать вдруг по-русски "Я тоже ваша – российская, манежная!" Но срабатывала, ставшая привычкой за эти годы "страховка". Только странной показалась Виктории оброненная одним из "цирковых" фраза – "Пора, шеф. Готова". Голова кружилась и немного мутило. Виктория направилась в дамскую комнату, деликатно сопровождаемая Павлом. Загадочно устроены русские рестораны – к туалету надо спускаться по лестнице, а потом ещё блуждать по каким-то коридорам… темным, холодным коридорам.
…Она пришла в себя в машине, ясно услышав голос "циркового": "Соблазнительная, стерва! Может, мы её вначале трахнем? На "жмуриков" меня не тянет, хоть на саму Мерилин Монро". – "Можно. Она все равно в отрубе. Только в сумочку не забудь бумаги сунуть. Ограбление, да ещё с изнасилованием – заурядный случай. А чернявый мудак из её компании подробно изложит, что куколка укатила с русскими… Вовремя я про цирк вспомнил", сказал сидящий за рулем "Павел". – "Еще с десяток километров отмахаем – и в ельничек. Все по инструкции".
Диалог доносился издалека – точно "радиопьеса" из соседней квартиры. Не страшно и совершенно тебя не касается. Только вот почему-то совсем не чувствуется тело – ни ногой, ни рукой не пошевелишь. Сон. Гадкий сон.
– Смотри, у нас кажется появился "хвост". Мощно идет, падла. Шесть цилиндров… Не обгоняет, висит. Про нашу душу… Что будем делать, шеф?
– Боюсь, Лапушка, трахнуть ты её не успеешь. Значит так, – я разгоняюсь, хвост за нами. Отворяй дверцу и выкидывай куколку на шоссе. Только мигом, чтобы прямо под колеса… Она сопротивляться не будет, "Павел" хихикнул. – Если успеешь, попробуй попользоваться на лету – ты же воздушный гимнаст!
Но у "гимнаста" от страха дрожали руки, пока он торопливо подталкивал тело повалившейся на него девушки к дверце.
– Чертово платье – так и путается!
– Да оборви его.
– Крепкое!
Тогда обмотай подолом покрепче и приткни к дверце, чтобы сразу вытолкнуть… Готово? Набираю скорость. На счет "три" – действуй!
Водитель нажал на газ и с удовлетворением отметив приклеившийся метрах в 10 "хвост", начал выписывать зигзаги, проверяя реакцию преследователей. "Хвост" притормозил, а затем начал быстро сокращать расстояние.
