Совершенно неожиданно в той стороне, где и не предполагала, Виктория увидела светящееся название своего отеля и ринулась к знакомому подъезду. Но что-то удержало её в десятке метров, заставив притаиться у стены противоположного дома. Ведь Уорни мог сбежать от телохранителей принца и теперь, возможно, поджидает в гостинице или на её подступах, наблюдая за каждым движением жертвы. Рука Виктории машинально поднялась к шее, нащупывая спасительный крестик, но его не было и воспоминание о потере лишь прибавило страха. Конечно же, все вокруг сигналило ей о беде — исчезнувший крестик, разбитые духи, «платье Дездемоны» с кровавым цветком под сердцем, укатившийся в темноту подвала агат Ингмара… Опасность бродила рядом…
Кто-то вышел из темноты прямо к ней. Виктория сжалась, готовясь к удару. А ведь ещё два дня назад она хвасталась Остину приемами самбо!
— Простите, синьора, мне кажется, вы заблудились? — молодой человек стоял в двух шагах от нее, не делая попытки приблизиться. — Вы говорите по-французски или по-английски?
— Спасибо, я уже нашла свой отель, — ответила она и решительно шагнула к подъезду.
— Антония, ты!? — окликнул парень в спину и Виктория тут же узнала этот голос.
— Жан-Поль! Господи — это невозможно! — она бурно прижалась к его груди, вцепившись в кань спортивной куртки.
— Успокойся, успокойся. Тебя кто-то напугал, Тони? Да перестань! Видишь, я здесь дежурю специально, чтобы охранять Антонию от надоевших поклонников. Пошли, я провожу тебя в гостиницу, ты выбрала слишком легкий костюм! — Жан-Поль, почувствовавший под тонким шелком обнаженное дрожащее тело, попытался слегка отстранить девушку, но она прижалась ещё сильнее:
— Мне нельзя в гостиницу! Там засада.
Жан-Поль рассмеялся:
— Совместная операция ЦРУ и КГБ против Антонии Браун!
Он ласково погладил волосы Тони, ощущая, что его внезапное объятие начинает приобретать чересчур волнующий характер.
— Хватит, хватит! Утри нос и все толком объясни! — Он тихонько оттолкнул её, снял с себя куртку и, набросив на плечи девушки, протянул носовой платок.
— Нет, нет! Мы не должны выходить на свет! — заметила она, останавливая его движение к отелю.
— Хорошо. Давай постоим тут и все обсудим. — Жан-Поль увел Викторию за угол темного дома.
— Послушай, я не могу тебе все объяснить, но ты должен пойти в гостиницу и вызвать ко мне Шнайдера из девятнадцатого номера. Только так, чтобы никто не слышал — это очень серьезно, — с мольбой посмотрела на него Виктория.
— Отлично. Я быстро — стой тут, — он в три прыжка преодолел расстояние до входа в гостиницу и через минуту появился снова — один.
— Господин Шнайдер уехал.
— Не может быть! Куда?
— Он забрал багаж и оплатил номер. Час назад. Записки не оставил.
— Что ж мн теперь делать? Ничего не понимаю… Это они, они убрали Артура…
— Ты насмотрелась криминальных фильмов, Тони. Или кто-то украл у маэстро Лагерфельда новую коллекцию?
— Послушай, Жан-Поль, я уже совсем спокойна. Я не пьяна и не сошла с ума. Понимаю, что не должна тебя впутывать в эту историю, но мне некого просить о помощи, — Виктория посмотрела на него молящими глазами.
— Впутывай! В любую историю — я только этого и жду и даже не смел мечтать о таком счастье. Блуждал здесь всю ночь, кружил по переулкам за белой фигурой, в которой по каким-то неясным приметам угадал тебя… не смел надеяться, что вместо короткого эпизода буду награжден целой «историей»!
— Это действительно опасно. Ты даже не можешь себе представить, как все запуталось… Я ничего не могу объяснить и сама мало что понимаю. Но знаю одно — мне надо поскорее оказаться дома, на Острове.
— Я отвезу тебя в аэропорт и провожу во Францию, вручив прямо в руки родителей. Но надо переодеться…
— А ещё — достать документы и деньги! — добавила Виктория. Совершенно ясно, что в отель возвращаться нельзя.
— Давай пойдем к тебе в номер и я покажу, что такое черный пояс в каратэ. Мы раскидаем твоих преследователей и удерем с чемоданом, предложил Жан-Поль.
— У них есть оружие пострашнее пистолетов, — она вспомнила об укусе заразного Лиффи.
— Тогда пригласим карабинеров — они только и ждут работы!
— Нет. В полицию мы не пойдем.
— Я все, кажется, понял. Пожалуй, это, действительно, самое лучшее, на что я мог рассчитывать. — Жан-Поль стал в позу Бельмондо, изображающего одного из своих мужественных «профессионалов». — Положись на меня, детка. И завтра ты сможешь обнять свою маму!
…Жан-Поль приехал в Венецию утром. За неделю до этого он узнал, что здесь состоится парфюмерная презентация, на которую Дюваль приглашен как постоянный компаньон «Дома Шанель», но поехать не сможет — Мари сломала ногу, гоняя на мотоцикле. Узнал и о том, что на презентации будет Тони.
Жан-Поль, научный сотрудник лаборатории генных исследований в Парижском университете, срочно выехал на конференцию в Милан, решив, что это перст судьбы — пространство само приближает его к Антонии. Надо сделать лишь один шаг — взять напрокат автомобиль и покатить к «жемчужине Адриатики».
