- Три чинука над холмом. – Из люка стрелка появилась голова Раппапорта.

- Чьи???!!! – одновременно крикнули Борковский и Вишневецкий. Американские чинуки ис­

пользовались обеими воюющими сторонами.

Вай мей… щоб я так знал… Жук припал к своей противовоздушной пятидесятке.

О, матерь Божья… Юзеф-Мария и сын их Иисус…

Два чинука на одиннадцать часов! – доложил Ронштейн. Лидылло подскочил к совмещенному орудию Гном-Роун.

Я, блин, тебя…

Вызывай вельтхальтеров! Борковский занял место у командирской консоли.

Прошу поддержку с воздуха, прошу поддержку с воздуха! – орал оруженосец Дембек в мик­рофон. – Где эти долбаные вельтхальтеры?

Шестерка чинуков сбрасывает зайцев на два часа, - доложил Раппапорт.

Вали их, Жук!!! – заорал Борковский.

Все-так, пяти десятка шикарно пела, даже если имелась в виду цель на расстоянии в три ки­лометра. Десант высаживался сменно там, где это предусматривал в своих планах вражеский штаб.

- Где вельтхальтеры?

"Гном-Роун" заклинило на первой же очереди. Лидилло схватил двадцати килограммовый мо­лот и начал валить в замки.

Курваааа!!! Прервать загрузку боезапаса! – орал Вавржинович. – Машину снабжения подать в заааад!

Иисусе – Мария святая…

- Шлемы надень! – скомандовал Борковский.

Вавржинович со своей командой пытался вытащить машину снабжения боезапасом из грязи.

- По последним координатам… огонь! – Борковский большими пальцами отключал ограничи­

тели спусков для всего экипажа.

"Пинг", - услышал Вишневецкий на своем посту наблюдателя. Через какое-то время на месте высадки десанта вырос стремящийся в самое небо дымный столб. "Ринг" – еще один столб вырос рядом с первым.

Езус-Мария, да где же вельтхальтеры? – Жук явно не доверял способностям радиотелегра­фиста Дембека.

Отъебись!

Сам отъебись!!!

Мясом не бросаться! – Это был Борковский. – Давай шесть штук вокруг зоны высадки!

Так у нас ничего не останется!

- Исполнять!

Пинг, пинг, пинг… пинг… - произнесло трехсотмиллиметровое орудие "Сортира", а точнее,

прерыватели у них в шлемах. Вишневецкий напялил противогаз, потому что тем чем-то, что возвы­шенно называли "воздух", внутри "Огненноглазой" дышать было уже невозможно. Пинг, пинг…

Я голый!!! – завопил Раппапорт в интерном. То есть, противопехотных снарядов у них уже не было.

Давай фугасные. – Борковский в дыму пытался найти консоль связи. – Вавржинович, курва… перегружай!!!

А хрен там! – раздалось в наушниках. – Меня выгнали на предполье… долбаные "Семино-лы"…

Перейти на страницу:

Похожие книги