Ничего не попишешь, спорить с помполитом себе дороже, мужик хоть и хороший, но может припомнить. Увольнения в город визирует Абрамов, и присвоения званий с ним согласовывают. Вспомнит отказ, упрется рогом, и все тут — без благословления Партии далеко не уедешь.Пришлось Владимиру вечерком идти в ленинскую комнату и поднимать подшивки газет. Впрочем, работа ему понравилась. Было интересно листать страницы «Красной звезды», «Труда», «Правды». Попался Ливанову и свежий номер «Советского воина». Страна жила, люди работали, строили заводы, проводили караваны судов по северному морскому пути, засыпали в закрома Родины урожай, устраивали социалистические соревнования. Война — это далеко не всё, свет на ней клином не сошелся, кроме сражений с империалистической гадиной у советских людей много других больших и малых дел.Ливанов, например, раньше не знал, что в его родном городе строители перевыполнили план по вводу в строй нового жилья. Об этом даже в «Правде» написали. Бригада Василия Наговицына одной из первых освоила метод поточного возведения зданий и добилась потрясающего успеха. Вот, о школьном приятеле в газетах пишут, как об уважаемом человеке, стахановце. Перечитав статью второй раз, Владимир украдкой оглянулся, а не вырвать ли страницу, пока никто не видит?В груди защемило от восторга. Васька-то! Молодчина! Выбился в люди! Если так дело дальше пойдет, скоро его в депутаты выдвинут. Хорошо, если потом вспомнит, что учился в одном классе, дружил с неким Вовкой Ливановым. Не забудет, конечно, Вася не такой человек. Даже в Москве в Верховном Совете кичиться не станет, дружбу не предаст. При этой мысли Владимиру стало немного стыдно. А сам-то когда последний раз домой писал? Васе когда привет передавал? Вот то-то и оно. Еще подумают, что загордился званием старшего лейтенанта и медалью, полученной после бомбардировки Хайфы.Владимир аккуратно провел по газете ладонью, разглаживая страницы, и отложил ее в сторону. Время идет, а материал он еще не собрал. В «Красной звезде» и «Советском воине» много писали о вражеских провокациях на границах и о войне с Англией. Давно научившийся читать между строчек, Ливанов понял, что с противником дерется не только дальняя авиация, и война идет тяжело. Все не так просто и быстро, как рассчитывали в штабах.В «Красной звезде» писали о наших героических подводниках и моряках крейсера «Донецкий шахтер». Встретилась короткая заметка о буднях гарнизонов в Персии и Месопотамии. Оказывается, там до сих пор неспокойно. Англичане совершают набеги через пустыню, подстрекают бедуинов к мятежам.Особенно Владимира заинтересовала заметка о крейсере «Донецкий шахтер». Судно до весны этого года было простым сухогрузом. Моряки Северного флота установили на палубе корабля пушки, соорудили площадку для гидроплана, оборудовали в трюме снарядные погреба и бензохранилище, подняли военно-морской флаг и вышли в море на охоту за вражескими транспортами. Немало трудностей выпало на долю наших моряков во время похода. Крейсер сражался с непогодой, выдержал жестокие шторма северной Атлантики, один раз подвергся налету вражеских самолетов.Наконец корабль повстречал вражеский конвой и вступил в бой с силами охранения. Дойдя до этих строк, Владимир недоверчиво покрутил головой, он хорошо представлял себе, что такое вспомогательный крейсер. Вооруженный пароход, рейдер, который никакими ухищрениями не превратить в полноценный боевой корабль.Далее в статье говорилось, что моряки «Донецкого шахтера» потопили один и заставили бежать второй вражеский эсминец. По мнению Ливанова, это были тральщики или сторожевики. Расправившись с эскортом, наш корабль настиг и потопил четыре вражеских транспорта с танками, самолетами, орудиями и военными материалами. Остальные суда конвоя рассеялись. Благодаря дерзкому удару нашего героического крейсера, уничтожившего боевое охранение, советские и немецкие подводные лодки смогли настигнуть и потопить еще несколько транспортов и один танкер с авиационным бензином.Ливанову даже стало немного завидно, об одном рейде вспомогательного крейсера в «Красной звезде» написали целую статью, а о работе дальнебомбардировочного корпуса дают только коротенькие заметки. А ведь явно наши отправили в Атлантику не один такой корабль. Сколько из них вернулось в порт, не добившись успеха, сколько погибло при попытке найти и догнать конвой? Вот то-то и оно…Разумеется, цифры в английской прессе и радиопередачах надо смело делить на два, а точнее будет, на три, но лимонники все же сообщали о потоплении рейдеров континентальных держав. Постоянно хвалились и победами над подводными лодками. Что из вражеской пропаганды ложь, а что нет? Рассудком Владимир понимал, что реальные цифры потерь он узнает только после войны, но хотелось-то сейчас. Человеку на войне надо знать: сколько мы уничтожаем врагов, скоро ли победа и как дорого мы платим за нее ежедневно?Так незаметно Владимир увлекся изучением прессы. Оказывается, нельзя жить, замкнувшись в себе и мелких житейских проблемках. Сколько вокруг интересного происходит! А ты ничего, кроме аэродрома, кабины бомбардировщика и заштатного французского городишки, не видишь. Шире надо на мир смотреть, товарищ, шире.Доклад у Владимира получился. Ребята слушали с искренним интересом, даже задавали вопросы. Ливанов оказался прав, лишь мимоходом коснувшись темы войны и посвятив основную часть доклада подробному рассказу о том, как сейчас живет страна и что интересного происходит в мире. Все правильно, ребята соскучились по нормальной мирной жизни, обыденные житейские новости с далекой родины были им ближе военных сводок.По окончании выступления вперед вышел политрук Абрамов. Помполит добавил пару слов от себя и вежливо поблагодарил старшего лейтенанта за добросовестно выполненное поручение и интересный доклад.
