В отличие от импульсивного несдержанного славянина, реакция Хохбауэра была гораздо спокойнее и выдержаннее. Да, посмотреть есть на что. Привлекательные, обе с великолепными фигурками, радующие глаз выпуклости именно там, где положено, две феи плыли по асфальту под мерный цокот каблучков. Одеты скромно, но со вкусом, лица простые, свеженькие, излучающие ауру юного, неиспорченного жизнью и пошлостью задора. Именно то, что сводит с ума мужскую половину человечества.Внешне в девушках улавливалось какое-то сходство. Обе примерно одного роста и возраста, но каждая красива по-своему. Одна — светло-русая, с округлым личиком и огромными глазищами, идет, покачивая бедрами. Вторая — стройная, как лань, брюнетка, черты лица хрупкие, классические. Мордашка темненькая.Девушки с неукротимостью рока приближались к мосту, мило беседуя о чем-то своем. Пройдут мимо или нет? Оцепенение с Димы спало, и он с неподдельным интересом глазел на красоток, перебирая в голове все выученные за последние дни фразы на французском языке. Как назло, ничего путного не вспоминалось. Не спрашивать же в самом деле: где тут магазин? Сколько стоит? Или руки вверх!Макс и Владимир в это время сами превратились в зрителей, только наблюдали они за Дмитрием. Друзья, переглянувшись, поняли друг друга с полуслова — товарища надо выручать. Тем более все чувства и желания Гордеева ясно отпечатались на его лице. Таким восхищенным взглядом лейтенант раньше смотрел только на новенький «ДБ-ЗФ», севший на их аэродром переждать непогоду.Подруги дошли до моста и остановились. В глазах девушек угадывались волнение и тревога, опасения перед необходимостью миновать трех молодых мужчин в военной форме. Издержки военного времени, оккупированная территория, черт возьми! Еще секунда, и они решат идти другой дорогой. Как некстати до ушей доносится гогот немцев, ржут над какой-то шуткой. Надо решаться. Шанс дается только один раз.Глубоко вздохнув, Гордеев идет к девушкам.
— Разрешите представиться, лейтенант Дмитрий Гордеев! — выпаливает летчик на чистом русском.
В глазах девушек недоумение. Темненькая что-то шепчет на ушко светленькой. Обе смеются. Дима пытается вспомнить все враз вылетевшие из головы, полученные от Гайды уроки французского. Ничего не выходит. На помощь Гордееву приходят друзья.
