На борту крейсера «Сассекс» группа сержанта Картера отдыхала от погрузки провизии. Услышав взрыв, моряки недоуменно переглянулись. Их корабль стоял в сухом доке Хьюза, находившемся к югу от Александра-дока, на расстоянии мили от места взрыва. Прежде чем они успели понять, чем вызван грохот, прозвучал приказ: «Всем наверх!». Вместе с остальными членами команды они побежали строиться на шканцах. Там командир корабля произнес короткую речь:
— На одном из судов в другом доке, — сказал он, — произошел несчастный случай. Все, кто не несет вахту, должны пойти туда и узнать, нельзя ли чем помочь. Сержант Картер влился в поток людей, устремившихся к трапу.
Когда произошел взрыв, три кока с «Сассекса» — Вильям Стритинг, Чарльз Смит и Роберт Холл — и их приятель баталер Реджинальд Бартон наворачивали бифштексы в китайском ресторанчике напротив «Метро синема». Их жующие челюсти застыли на секунду, они молча посмотрели друг на друга, один из них произнес:
— Корабль! — И все бросились к двери, забыв заплатить за свой недоеденный обед.
В небе висел огромный дымовой гриб. Стритинг воскликнул: — Смотрите, птицы!
Над исполинским грибом, кружась в горячем, поднимавшемся вверх воздухе, летала плотная стая чаек.
Видимо, потому, что Оберст весь день ждал взрыва, для него он прозвучал не громче тех, что слышал за время обучения на офицера-артиллериста. Его подбросило вверх с сиденья мотоцикла, и Оберст упал на кучу досок, затем скатился со штабеля и припал к стене, чтобы защититься от летящих обломков. Ясный, жаркий день сменился тьмой, освещаемой лишь светом горящих бочек: они кружились в высоте, разбрызгивая, как в огромном фейерверке, струи горящего масла. Пыль, которая десятилетиями скапливалась на навесах и складах, смешавшись с дымом, поднялась в небо и затмила солнце. Она застилала глаза Оберсту, набиваясь в рот, ноздри, легкие. В его тело вонзились сотни осколков, колено было разбито, на одно ухо он не слышал.
Когда Бринли Оберст встал, темень сменилась сумерками. Рабочий-индиец, страшно обожженный, взглянул на него и окликнул:
— Саиб! — Затем попытался шагнуть к Оберсту, но упал.
Подойдя к нему, Оберст увидел, что тот мертв. Вокруг него лежали еще тела. Поначалу ему показалось, что все они — индийцы. Потом он понял, что кожа их обгорела, поэтому он и принял их за индийцев.
Как во сне, Оберст побрел вдоль разрушенных навесов, увидел кем-то брошенную небольшую автомашину, сел за руль. Ключ зажигания все еще торчал в щитке. Оберст повернул его и нажал на стартер. Машина не завелась. Он попробовал еще раз.
Майор Хаммонд из корпуса вооружений наклонился к дверце машины, заглянул внутрь и узнал Оберста:
— Как вы считаете, что вы сейчас делаете?
— Пытаюсь завести машину, — пробормотал Оберст, еще раз нажимая на стартер, — может, удастся увезти кого-нибудь в госпиталь.
— Я бы на вашем месте этого не делал, — произнес Хаммонд, — у автомобиля нет мотора.
С трудом выйдя из машины, Оберст подошел к капоту. Мотора не было. Автомобиль оказался одной из странных «жертв» взрыва.
На палубу парохода «Форт Кревье», с которого около половины первого увидели дым над «Форт Стайкином» и не обратили на него внимания, дождем посыпались осколки. Кипа горящего хлопка упала на одну из его спасательных шлюпок и подожгла ее. Члены команды бросились тушить пожар, но, как только они его потушили, к носу «Форт Кревье» прижало полыхающий от носа до юта лихтер…
Услышав приказ покинуть «Форт Стайкин», Деннис Брэдли, семнадцатилетний моряк, вместе с другими членами экипажа побежал на корму — там находились их жилые помещения. Одни сразу бросились с судна на берег, оставив свое имущество. Другие, как заметил Брэдли, наспех побросали в беспорядке в свои мешки самое ценное и поспешили к трапу.
Брэдли было проще — большинство его вещей уже было упаковано в вещевой мешок и чемодан. Он взвалил мешок на спину, взял чемодан, и, шатаясь от тяжести, побрел по палубе. Одет Брэдли был в шорты и башмаки на босу ногу. По пути он встретил капитана Найсмита.
— Сразу же идите на берег, — приказал Найсмит, а затем, когда Брэдли уже прошел мимо, спросил:
— Есть кто-нибудь там, внизу?
Брэдли был уверен, что он последний, и ответил:
— Не думаю, сэр.
Идя к трапу, Брэдли успел заметить, что капитан намерен воочию убедиться, пусты ли жилые помещения команды. Члены экипажа остановились внизу у судна. Казалось, им не хотелось оставлять его. Брэдли подошел к одной из групп. Они видели, как Найсмит сошел на берег, остановился и начал говорить о чем-то с Хендерсоном. Потом они вдвоем снова поднялись па борт, где пожарные все еще пытались погасить пламя, вырывавшееся из трюма № 2.
— Капитан собирается уничтожить секретные документы, — со знанием дела сказал один из моряков. — Во время войны они всегда обязаны это делать, прежде чем покинуть судно.
Тут вдруг пламя с потрескиванием, напоминающим маленькие взрывы, взметнулось из трюма до мачты. Пожарные спрыгнули с борта на причал, а стоявшие моряки бросились врассыпную.
