В Темный час, когда над Человечеством нависнет угроза, только Русские способны вспомнить о славных корнях и спасти целый Мир. А еще тут есть космические бомжи, гигантские боевые роботы, бездарные авторы любовно-фантастических романов и деконструкция американских комиксов в постироничном имперском дискурсе.
Бомж Юджин скреб желтоватыми ногтями ржавую сенсорную панель, пока дверь в мусоросжигатель не распахнулась настежь. Восторженно крякнув, потрепанный жизнью мужчина бросился разгребать пыльные сокровища. Чего тут только не было: посадочные ноги сломанных планетарных зондов, разбитые сердца подержанных секс-андроидов, пованивающие лакрицей протеиновые брикеты, драные вещмешки с эмблемой расформированного корпуса космодесантников, нарядные антигравитационные матрешки в густой консервационной смазке.
Повеселевший Юджин первым делом ловко вытащил из-за спины трубочку самодельного очистителя воды, хлебнул от души и закусил половинкой найденного брикета, запачкав сладковатой массой пышные усы. Плотно набив брюхо, бомж уютно обложился теплыми вещмешками и заснул на восемь стандартных часов. Судя по отработанности движений, бомжу Юджину было не впервой ночевать на заброшенной космической станции в трех астрономических единицах от ближайшего поселения людей.
Проснувшись, бомж Юджин быстро пописал в очиститель и принялся перетаскивать добычу к потрепанной, давно потерявшей и вид, и ход космической тележке. Свинченные с посадочных ног твердотельные бустеры он приладил на место сгоревших маневровых двигателей. Бусинки стабильной антиматерии из матрешек сгодились на источник энергии для прожорливого гипердвигателя, а разбитыми сердцами бомж Юджин до отказа набил грузовой отсек — на продажу. Он знал, что на шахтерской планетке Диктаун их с радостью починят и пустят в дело.
Гулко топая старыми магнитными ботинками по внутренней обшивке шлюза космической станции, бомж Юджин разогнал тележку, ловко запрыгнул в нее за секунду до отстыковки и дернул за рычаг генерации силового поля. Автоматические ворота шлюза отворились, отдавая несуразный аппарат на волю вакуума, но поле хорошо держало воздух внутри, а космическую радиацию — снаружи. Замкнув пару проводов на приборной панели, космический бродяга услышал рев бустеров и почувствовал, как растет ускорение. Отойдя на безопасное расстояние от станции, тележка сожрала первую порцию антиматерии и, чихнув пару раз излучением Хокинга, уверенно перешла на гиперсвет.
Нормальные люди на гипере спят, а если не спят — играют в карты или смотрят фильм. Ведь вокруг, куда ни смотри, — только безумные радужные всполохи и визгливый вой разорванного пространства-времени. Но Юджину не спалось, и из развлечений были доступны только самые стыдные. Поэтому когда тележка пронеслась мимо медленно ползущих в гипере туш кораблей пришельцев, бомж разглядел их десантные щупальца и артиллерийские споровые мешки во всех отвратительных подробностях, содрогнулся да подбросил пластиковой лопаточкой еще антиматерии в гипердвигатель. Юджину повезло: величавые насильники планет и разрушители звезд просто не заметили ничтожное обиталище бомжа.
Припарковав верную тележку на стареньком бетонном космодроме Диктауна, Юджин первым делом продал жирный улов, получил солидный хабар и спустил его на настоящую баню, искусственных шлюх и подержанный, но чистый костюм космодесантника с увесистым разгрузочным жилетом и пустой кобурой для бластера. Вымытые и тщательно расчесанные светлые волосы кудрявыми волнами спускались на плечи, подкрученные усы уверенно топорщились по последней моде, обработанные нанопастой зубы сверкали как только из синтезатора, обрезанные по локоть рукава костюма обнажили жилистые руки человека труда. Бомж Юджин решил, что в таком виде власти не спустят его с порога после рассказа о вторжении инопланетян.
Бомж ошибался.
— Пришельцы? Меньше пить надо, — насмешливо прогрохотал начальник полиции, дыхнув вонючим перегаром.
— Пошел вон, ничтожество, — противно промурлыкал мэр, шелестя купюрами в набедренной сумочке.
Отчаявшись, бомж Юджин даже добрел до закрытой пару лет назад базы космодесанта, но был остановлен хмурыми вышибалами у ворот. Колючая проволока поверх забора была давно снята и заменена рядом постерочков со смазливыми мужчинками.
— Что даете сегодня? — зачем-то спросил Юджин.
— Последний русский герой. Мюзикл столичный на гастроли приехал, — буркнул охранник и протянул руку. — Ваш билетик, сэр?
Юджин смачно сплюнул, растер слюну каблуком и побрел в шот-хаус.
Бармен Джон выслушал грустного клиента до конца, не перебивая и не насмехаясь, а в конце потрепал по плечу и сочувственно предложил холодной водочки в кредит. Бомж понуро кивнул головой, соглашаясь, и бармен Джон продолжил, обращаясь уже к завсегдатаям.
— В гениальной голове бомжа Юджина скучных историй не бывает! Рассказывал, помню, как русские первыми полетели в космос.
— Но Гагарин действительно… — завелся Юджин, размахивая рюмкой, и в баре зашумело, загрохотало веселье.
