- Я хочу просить вас, мой дорогой друг, - продолжал он сладко, только поймите меня правильно, это поистине отеческая и от сердца идущая просьба - отвезите мой прах после моей смерти на родину и захороните мою урну на кладбище в Либаве.
- Боже мой, - непроизвольно вырвалось у меня, - да вы еще сто лет проживете, Роберт Эрастович!
- Нет, нет, умоляю вас, Виктор, не торопитесь с отказом, - он дотронулся до моей руки, ладонь была холодная и влажная, как лягушка, я едва удержался, однако придется потерпеть, это ведь только присказка, а сказочка впереди - и весьма занятная. - Когда вы будете в моем возрасте, то поймете, что человеку свойственно заботиться о своем будущем существовании в том неведомом нам мире. Вот почему я хочу хотя бы после своей земной жизни вернуться на родину своих предков.
- Право, не знаю, - замялся я. - Никогда в жизни не приходилось сталкиваться с такими деликатными делами.
- Предвижу, что могут возникнуть определенные препятствия, потребуются хлопоты с вашей стороны, - голос его сделался еще более елейным, он словно в душу вползал. - Но именно ваша настоящая деятельность в Бельгии, ваша сыновняя чуткость и убедили меня, что лучшего порученца мне не найти. Я понимаю, что далек от того мира, в котором живете вы, но все же мы соотечественники. Именно это обстоятельство и заставило меня предостеречь вас... Впрочем, я вижу, вы не горюете о том, что узнали, - он кивнул в сторону Николь.
- Что вы, Роберт Эрастович, я ж не ханжа. Я просто счастлив, что заимел такую сестренку!
- Да, мне трудно понять вас, - горестно отозвался он. - Вы человек из другого мира. У меня была мысль: за ваши хлопоты объявить вас своим наследником. Но вы же не возьмете денег, я понимаю, вам это не нужно.
- Не возьму, - чистосердечно признался я, вот, оказывается, куда он клонит.
Но и монах был не так-то прост.
- Мне это тоже уже не нужно, - с живостью парировал он. - Я познал суету мирскую и уже устал от нее. Но у вас теперь есть вновь обретенная сестра, у вас появились обязанности. Я объявлю ее своей наследницей. Мое имущество в Бельгии оценивается в пятьдесят миллионов франков.
Вот она, наживка на крючок - и какая! Они там времени не теряли. Я облегченно вздохнул.
- У вас же есть наследница или невеста, - напомнил я прежде, чем заглотить золотой крючок.
- Она получит свою долю, Николь - свою, - с готовностью отозвался он, все у него уже продумано. - Я оставлю Николь два дома: "Остеллу" и тот, который вы так любезно посетили, эта доля составит не больше десяти миллионов, так что невеста будет не в обиде.
Я не выдержал, захохотал, так он меня уморил:
- Да я-то тут при чем, дорогой Роберт Эрастович? Расскажите лучше сестренке об этом: как она в миллионерши выйдет...
Он рассказал. Николь подскочила к фон-барону, лизнула его в череп: что она - дура или только прикидывается? Иван, как полагается, сидел совершенно ошарашенный, Антуан и бровью не повел - разыграно как по нотам.
- Итак, все согласны, как видите. Но что же я должен делать, Роберт Эрастович?
- Почти ничего. Только поехать со мной в посольство, чтобы дать свое поручительство.
- И когда же? - невинно полюбопытствовал я.
- Да хоть сейчас. И уж, конечно, сегодня, ибо завтра праздник, и все будет закрыто. Мы можем поехать прямо на моей машине. Два часа, и мы в посольстве.
- И?..
Наконец-то он все-таки добрался до истинной цели, вот когда он себя с головой выдал. Тут и гадать нечего: благородный мотив, разве можно отказать старику в такой просьбе? А цель-то, цель у него одна - вывести меня из игры. В посольстве он наговорит с три короба, соловьем разольется... А у меня и без того времени кот наплакал, уже третий час, день-то почти прошел.
- Простите, Роберт Эрастович, - твердо отвечал я, - ваша просьба для меня - святое дело, но нынче никак не могу, у нас уже намечены маршруты. Дело в том, что мы нашли в доме убитого Альфреда тетрадь, которая нам кое-что рассказала о предателе. Давайте отложим вашу просьбу до следующего моего прилета, я с превеликим удовольствием...
Но потусторонние дела уже не интересовали его, как я и предполагал. Черный монах встрепенулся:
- Что же рассказала вам тетрадь? Если это не секрет, разумеется.
- Она и рассказала нам о Щеголе, - вот моя ответная наживка, пусть теперь он заглатывает.
- Ах, суета, - сдержанно отозвался он, - я в этих играх не участвую. Я же знаю, что вам, русским, всюду мерещатся заговоры, предатели, козни империализма... Очень жаль, что вы не можете сегодня, в таком случае я должен вас покинуть...
Николь снова лизнула его в череп. Монах заторопился, чтобы скорее приняться за земные свои делишки, но тут из моей спальни донесся нечленораздельный зов, грохнул обрушившийся предмет. Сюзанна мгновенно подхватила поднос с закусками, поспешила в спальню, прикрыв за собой дверь. Черный монах с любопытством проводил ее взглядом и, откинув сутану, приземлился на стуле. Грохот повторился, правда, в несколько приглушенном виде, зато Сюзанна тут же вылетела обратно с пылающим лицом.
