Через несколько минут Бриджет и двое ее старших детей уже сидели все вместе на диване перед телевизором, захваченные выпуском новостей – материалом, снятым на месте аварии в Париже, воздушными съемками Кенсингтонского дворца в Центральном Лондоне, где уже начала собираться толпа. Постепенно в гостиную подтянулись и другие члены семьи. Даже Джеффри, привлеченный встревоженными голосами репортеров, скользнул в комнату и тихонько поставил себе стул за диваном. Не сказал ничего, однако весь остаток утра, как и остальные, не мог отвести взгляда от телеэкрана.
День клонился к вечеру. Энджела с детьми оставалась в доме, они смотрели новости по телевизору. Все остальные собрались на теннисном корте, где шла игра с разным сочетанием игроков, а состав команд обычно утверждала Мэри. В шестьдесят три года ее по-прежнему переполняли жизнь и энергия, и хотя преподавание она оставила, больше всего на свете обожала Мэри загонять семью на всякие спортивные занятия – особенно младшеньких. И, вопреки возрасту, как теннисистка она все еще умела задать жару всем остальным родственникам (хотя Бриджет славилась своим впечатляющим ударом слева). Сейчас Мэри играла со Сьюзен, а ее брат Иэн – в паре с Джеффри, неравное соперничество, поскольку Джеффри на корте был медленнее обыкновенного – не в последнюю очередь из-за недавней операции на бедренном суставе. Выигрыш, впрочем, целью не был; вся семья была в сборе (за вычетом Оливии), солнце отбрасывало длинные тени на траву корта, в легком ветерке с моря, что в полумиле, чувствовался соленый привкус, и для всех выставили кувшин с лимонадом. Джек, Мартин и Бриджет сидели сбоку у корта в пляжных креслах. У Бриджет на коленях лежала открытая книга – “Сумерки выдр” Лайонела Хэмпшира, на обложке оттиснуты были волшебные слова “Премия Букера”, – но внимания ее она, похоже, как следует не занимала, и Бриджет дремала на солнышке. Джек с Мартином, потягивая лимонад, следили за игрой критически.
– Неплохая подача у твоего пацана, – проговорил Джек.
– Иногда умеет, – подтвердил Мартин.
– Хорошие выходные вообще-то, а? Жалко, что тебе надо уезжать так рано.
– Да, было хорошо. Маме с папой явно в радость, по-моему. Ловко он нашел это место.
– Ну да… – сказал Джек, но в голосе послышался скепсис.
– Что такое, тебе не нравится?
– Это? – Джек обвел рукой вокруг себя. – Обожаю. Это, по мне, абсолютно лучшее, что есть в Англии. Чай на лужайке после обеда, тихий “дыщ-дыщ” ракетки по теннисному мячику…
– И что же?
– А то, что оно им достанется на пару дней. И все. Но папа гениальный мужик, мы оба это знаем. И он всю жизнь пахал. Они в таком вот месте
– Сказать-то что хочешь?
– Да просто расстраивает меня это, вот и все. Он столько лет возился с деньгами да так и не понял, как они устроены. Как деньги производят еще больше денег, если знаешь, что делаешь, если есть в тебе…
– Бессовестность? – предположил Мартин.
– Я собрался сказать “дух предпринимательства”.
– То есть ты считаешь, что жизнь у нашего отца сложилась неудачно, – это ты хочешь сказать?
– Сказать я хочу, – отозвался Джек, – что к пенсии моей – а то и раньше – мы с Эндж обзаведемся вот таким домом.
– Молодец, – сказал Мартин. – Приглашай нас время от времени пожить в гостевом флигеле, ага? – К ним как раз подошел Иэн, очень довольный собой, и ждал, когда его похвалят за то, как он отбил бабулину подачу и выиграл сет. – Здорово, – коротко сказал его отец. – Давай-ка иди собираться.
– Уже? – ошарашенно проговорил Иэн. – А подольше остаться нельзя? Мне здесь прекрасно.
– Мама сказала, что хочет выехать в шесть, – сказал Мартин. – Ты забыл, что тебе завтра в школу?
– Я не понимаю, – сказал Иэн, комкая свои футболки и плавки и запихивая их в вещмешок. – Дети дяди Джека ходят в частную школу, так?
– Так, – сказала Бриджет, вставая достать Лорнино белье из гардероба и чуть не стукнувшись головой о нижнюю балку.
– Но они идут в школу
– Это нечестно, – сказала Лорна. – Они еще неделю тут с бабулей и дедушкой пробудут.
– Но за частную школу надо платить, да? – не отступал Иэн.
– Надо, – сказала Бриджет.
– Значит, у них семестры должны быть
– С этим спорить не буду, – сказала Бриджет, ища взглядом неупакованные вещи.
– А принцесса Диана в частную школу ходила или в публичную? – спросил теперь Иэн.
– Это одно и то же, – отозвалась Бриджет. – Частные школы и публичные школы – одно и то же.
– Правда? Я думал, мы в публичную школу ходим.
– Нет, вы ходите в государственную школу. – Она видела, что он толком не понимает, как это, но объяснять сейчас не было ни сил, ни времени. – Короче, я навскидку не могу сказать, в какую школу она ходила. Но, видимо, в частную.
– Если она была народной принцессой, – сказала Лорна, – значит, должна была ходить в такую же школу, как и все.
