– Кого? – не понял старик.
– Магов темных стихий.
–Потому, что это лицемерие! Маор – маг смерти. И как ты его не назови, суть от этого не меняется. Он назвался Магом Темных Стихий, чтобы не пугать людей, простых подданных, которых в Империи подавляющее большинство. Где ты видел, чтобы смертными правил Маг Смерти? Они ни за что бы его не провозгласили Императором, испугались бы. А теперь звучит красиво: Маг Темных Стихий.
Иени с интересом слушал Кана, подойдя поближе.
– Так-то молодые люди, одно сплошное лицемерие. Кстати, твое звание тоже фальшивка. Ну что такое: Магистр Высших Искусств? Каких таких Высших Искусств? К магии это не имеет никакого отношения! Вот маг эфира, да! Мастер рукопашного боя – точно! Всем это видно и понятно.
Боро хмыкнул:
– Так-то, да. Согласен. Я уже привык, что меня здесь зовут либо просто Маг эфира, либо Мастер мечей. Все былое потихоньку уходит.
Снова помолчали.
– Как бы нам дать знать Кахэ? Это серьезный вопрос. И как он примет это? Ведь мы теперь по разные стороны баррикад… – грусть сквозила в каждом слове Боро, и Кан решил развлечь друзей.
– Так, ребятки, у меня есть предложение. А что если нам сходить в гости? – прищурившись, спросил эльф.
– Куда? – равнодушно поинтересовался Боро.
– В одну деревеньку, где ты оставил яркий след, – засмеялся Кан – и в прямом и в переносном смысле. Там есть кое-кто, ждущий тебя с большим нетерпением.
Лицо Магистра просветлело, он улыбнулся и произнес:
– Эмили?!!
– Вот именно! Не по-мужски так долго не давать о себе знать. Она мне рассказала, что ты подарил ей свое сердце. Так ли? – хитро смотрел на Боро эльф.
На что тот рассмеялся и покивал:
– Так, подарил, на прощанье.
– Ну что ж, тогда вперед. Вот только суп в дом отнесу. Думаю, нас там накормят.
Уже выходя из портала, Боро услышал громкую музыку, голоса, топот множества ног и смех. Удивленно подняв брови, он посмотрел на эльфа:
– У них праздник, что ль, какой?
Старик кивнул:
– Праздник. Древний обычай. Если не задобрить землю веселым танцем, урожай будет плохой. Мы попали как раз вовремя!
На главной улице деревни стояли кругом столы. Еды и вина было в изобилии. В центре весело отплясывали юноши и девушки, мужчины и женщины. Старики чинно восседали за столом, обсуждая молодежь и делясь последними сплетнями.
Иени сразу же сбежал с парнями за хворостом, как он сказал. Подходя к толпе, Боро услышал радостный визг. Навстречу ему летела Эмили с пушистыми волосами, в ярком желтом платьице, с такой же желтой лентой в голове.
– Боро, ты вернулся! Мама, смотри. Боро вернулся! – верещала она, перекрывая звуки музыки. И с разбегу кинулась ему в объятья. Магистр подхватил девочку и высоко подкинул над собой. Эмили завизжала, смеясь, и обхватила Боро за шею, прижимаясь к нему крепко-крепко.
– Ну, здравствуй, проказница! – радостно обнимал малышку Магистр, – ты по мне скучала?
Эмили немного отстранилась, заглядывая ему в лицо, и серьезно ответила:
– Я по тебе плакала. Потому что ты ушел, а мне не сказал!
Потом она еще раз крепко его обняла и прошептала в самое ухо:
– Я ходила тебя искать!
Боро удивленно вздернул брови:
– И мама отпустила?
Эмили скорчила рожицу:
– Она меня наказала, когда нашла…
Боро поцеловал пухлую щёчку и участливо спросил:
– Очень досталось?
– Эх,– по-взрослому вздохнула малышка, – очень.
– Ее два дня искали, – сзади подошла Мара.
Эмили спряталась на руках у Боро от матери, и одним глазом смотрела из-за плеча.
– Я чуть с ума не сошла!– вздыхала мать девочки, – если бы она не была магом, кто знает, нашли бы мы её живой…
Эмили всхлипнула, вытирая глаза, и пробормотала:
– Нет, мамочка, ты в меня совсем не веришь, а ведь я уже взрослая!
Боро захохотал, целуя ее в нос, и отдал Маре.
– Что ж ты, взрослая, маме не сказала, куда идешь? Взрослые так не поступают, – улыбался Магистр.
Эмили слезла с материных рук и побежала к столу, крича:
– Так она бы не разрешила!
– Да, – усмехнулся Боро, – умная у Вас дочь, Мара. Её ждет великое будущее!
На что Мара, улыбаясь, посмотрела дочери в след с огромной любовью в глазах, покачала головой и произнесла:
– Но если она и дальше так будет поступать, то её ждет великая порка!
Боро хитро прищурился и, качая пальчиком, как Эмили, передразнил её:
– Детей бить нельзя!
Мара рассмеялась, звонко и чисто, как горный ручей. И Боро вспомнил колокольчики. Где-то они сейчас? Звенят ли так же, как прежде?
– Господин Боро, проходите к столу, угощайтесь. Сегодня большой праздник, и грустить нельзя! Примета плохая. Оставьте все заботы на завтра, – позвала его Мара в круг.
Перекусить сейчас Боро был не против, поэтому с удовольствием набросился на зажаренного барашка. Краем глаза он отметил, что Кан по-дружески общается с кузнецом. Они о чем-то оживленно разговаривали, периодически бросая взгляды в сторону Боро. Утолив голод, он перебрался к Кану.
– Дорого вечера, – приветствовал Боро кузнеца.
– Сегодня нужно говорить: «Хорошего урожая», – с улыбкой протянул ему руку кузнец, – давно я тебя не видел, сорванец. Как дом спалил, так и пропал! Ну, рассказывай, как теперь дела твои? Вспомнил?
Боро кивнул, присаживаясь рядом.
