– Скажи, Кан, а Маор тоже такой, как я?
– Нет, мой друг, Маор теперь слабее тебя, ровно на магию эфира. Но опытнее! И старше! Поэтому я и не хочу, что бы ты торопился с осуществлением своих планов.
Кахэ зацепился за эти слова:
– Какие планы? Что вы хотите делать?
Боро переглянулся с Каном и честно ответил:
– Рвать связь Ока с Источником Всея.
– Понятно, – пригорюнился Ректор, – я ничего не знаю.
– Ничего, Кахэ, я тебе расскажу, а ты уж суди сам, правильно ли мы поступаем, – и Боро присел рядом с ним, обнимая за плечи.
Рассказ настолько поразил Кахэ, что он замолчал надолго, устремив взгляд в огонь.
– Вся жизнь рухнула, – наконец произнес он, качая головой, – значит, нами правил маг смерти, хитрый, расчетливый тиран, а мы все ему верили… Мне сложно все это осмыслить в один момент. И магии своей я не чувствую…
Кан видел, что маг земли загрустил, но помочь сейчас ему было нечем. Должно пройти время. Но именно этого им всем катастрофически не хватало. Чем дольше они тянули, тем сильнее становился Маор, тем большую фору они ему давали.
– Одно могу сказать точно, – вздохнул Кахэ, – то, что вы задумали, непременно нужно осуществить. Если есть шанс покончить с этим пауком, нужно его использовать.
Боро облегченно выдохнул:
– Я рад, что ты понял нас. Другого пути к свободе нет.
Кахэ посмотрел на друга и улыбнулся:
– Я всегда знал, что ты перевернешь весь мир кверху ногами. И я не ошибся.
–Обещаю, переверну, – ухмыльнулся Боро.
– А наша прекрасная эльфийка тоже здесь, с вами? – вспомнил Кахэ.
Боро опустил глаза, кивнув, но Кан хмыкнул:
– Здесь, да не здесь. Наши молодые поругались.
Кахэ, нахмурясь, посмотрел на Боро:
– Что, опять выкидываешь фортели?
Боро скривился, явно не желая это обсуждать. Кан удивился словам Кахэ:
– Простите, уважаемый, что значит опять? Его есть за что упрекать?
Кахэ хмуро смотрел на друга:
– Увы, это так. Боро обижает людей даже не понимая, что говорит и делает! Если бы Вы знали, Кан, сколько бедной девушке пришлось из-за него вынести! Иногда я не понимаю Боро, а ведь он мой друг! Что в этот раз она сделала не так? – обратился Кахэ к Магистру.
– Я не намерен перед тобой сейчас изливать душу, – отмахнулся Боро, – это наши с ней проблемы, и мы решим их сами.
– Уж постарайся, пожалуйста, – ехидно ответил Ректор, – неужели нельзя жить в мире?
– Я не ругался с ней, просто видимо ей без меня лучше, – Магистр с тоской в глазах смотрел на огонь.
Кан усмехнулся:
– Будь мудрее, Дракон, она ведь совсем юная, ей помочь надо, а не наказывать презрением и невниманием.
Боро хохотнул:
– Помочь чем? Магию ей помогли вернуть и без меня! Я ей не нужен! Есть Иени, есть ты, Кан, Онна, Лея, теперь вот и Кахэ. Вы все ей помогаете! Что еще нужно?
– Любить нужно…. – тихо ответил старик.
– Любить…., – эхом повторил Боро.
– Да, просто любить. А жизнь все расставит по своим местам, – Кан улыбнулся, – тебе ведь тоже плохо сейчас, поэтому и злишься, но изменить все под силу только вам двоим.
– Скажи Онна, это у всех так тяжело восстанавливаются навыки, или я такая особенная? – сокрушалась Эль.
Многие умения, доступные ей прежде, теперь никак не хотели слушаться. И хотя разумом она понимала, что про слова нужно забыть, сосредотачиваясь на внутренних ощущениях, но сделать это оказывалось не так просто.
Онна вздохнула, поглаживая девушку по плечу.
– Не расстраивайся, Эль, это временно. Боро восстанавливался три месяца. А ты хочешь за две недели получить все, так не бывает.
Подготовка к разгрому Маора отнимала у старших магов все силы и время, поэтому с вновь прибывшими, Эль и Кахэ, редко кто занимался. С утра Онна отправляла девушку к Кану в лес. И Эль весь день проводила как в школе. Кан усаживал Кахэ и Эль рядом с собой и без устали требовал от них тренироваться. Снова и снова. Погружаясь в себя, обретая связь с природой. Особенно трудно было Кахэ. Кан объяснял это длительным запоем.
– Ты пойми, когда ты пил, травил не только тело. Душа тоже страдала. Мы здесь сливаемся с магическим потоком, льющимся из души, и он у тебя такой же грязный, как твоя многострадальная печень.
Кахэ чувствовал себя, как первокурсник, которого преподаватель отчитывает за невыученный урок.
– Вот такая странная штука, жизнь.… То ты её, то она тебя.… Только она бьет сильнее.
Он со стыдом вспоминал свои загулы в последние дни и не находил оправданий. Кроме как малодушием, это назвать было нельзя.
Эль с сожалением смотрела на бывшего Ректора и, как могла, старалась ему помочь. Себя она тоже ругала за то, что не получалось. Но от Кана слышала только похвалы. От чего смущалась, и с еще большим рвением старалась наверстать упущенное.
В один из таких дней к Кану заглянула Лея. Девушка-воин растянула портал прямо перед носом эльфа, чем сильно его задела. Она выскочила в метре от Кана, смеясь, и сразу кинулась к Эль, пожимая ей руки:
– Дай я на тебя посмотрю, знаменитая Эль. Ну ничего, выглядишь гладко, глаза веселые. Надеюсь, дедушка Кан не слишком вас тут гоняет?
Кан вскочил со своего пенька, повел рукой, убирая не к месту открытый портал, и показал Лее кулак:
