В старинном замке короля Унгера стали происходить странные вещи: вдруг пропали отвергнутые женихи дочери короля, принцессы Мелисенды, затем среди бела дня куда-то запропастился сам король Унгер, а потом из замка бесследно исчезла и золотоволосая красавица-принцесса… Тайну их исчезновения знает только злой колдун – черный граф Мортингер.
Усталый путник, проезжая по Южной Дороге, торопил своего коня. Едва завидев издали на высоком зелёном холме замок Альзарон, путник с облегчением переводил дух. Он знал: владелец замка король Унгер щедр и гостеприимен. Распахнутся высокие двери, ждёт странника праздничный ужин, лучшее вино из подвала, а то и беседа за полночь с радушным хозяином.
Так высок был замок Альзарон, что пролетавшие мимо тучи нередко цеплялись за его узорные шпили. И потому невольно вспоминалась древняя легенда, будто бы сложили замок Альзарон из голубого и синего мрамора великаны, в стародавние времена поселившиеся на горном перевале между Южной Долиной и Северной.
Вокруг замка раскинулся сад, знаменитый своими редкими цветами и деревьями.
И сегодня, как и всегда, король Унгер, взглянув на безоблачное небо, окружённый большой свитой, вышел в сад.
Сразу же ему на плечо уселся Придворный Воробей. Вид у птички был боевой, хвост выщипан в драках. Он что-то взволнованно и возбуждённо прочирикал на ухо королю.
– Полно, полно! Что ты болтаешь? – король ласково погладил Воробья по встрёпанным перышкам. – Сам посуди, ну куда могли подеваться принц Горра и герцог Альдмер?
Из всех живущих во дворце только один король потрудился выучить воробьиный язык, находя его очень благозвучным и своеобразным. Он подолгу беседовал со своим любимцем. Но герцоги и бароны, окружавшие короля, пренебрежительно косились на беспородную птицу.
– Хорошо ещё, что у нашего короля есть ручной сокол. Вот это поистине королевская птица!
– Но приблизить к себе какого-то безродного ощипанного воробья…
– К тому же болтлив и до чего глуп!
– Совсем не знает правил этикета!
Так перешептывались придворные, но, конечно, никто из них королю и слова сказать не смел.
Король приказал придворным дамам постучать в дверь опочивальни его любимой дочери принцессы Мелисенды и пригласить её прогуляться вместе с ним в это безоблачное утро.
Широкая мраморная лестница полукругом спускалась в сад. Вскоре послышался стук легких каблучков, и по ступеням сбежала принцесса Мелисенда.
И тотчас громче зазвучали звуки далекой тонкой флейты, кузнечики в траве застрекотали веселее, а птицы на ветках, распевавшие каждая свою песенку, запели дружно все вместе.
Ветер, шалун и проказник, утихомирился и улегся кольцами у ног принцессы.
– Ну, что вы скажете? – растроганно сказал король Унгер, глядя на свою дочь. Глаза его были полны слёз. – Где вы найдёте еще такую красавицу?
Король без умиления не мог смотреть на принцессу Мелисенду.
И сказать по правде, прелестней принцессы Мелисенды нельзя было сыскать ни в одном королевстве.
Её пленительное лицо было нежным, как лепестки только что распустившегося цветка. Большие серые глаза лучились и сверкали из-под длинных ресниц. Волосы цвета золотого меда падали на плечи и скользили вниз до атласных туфелек, вышитых жемчугом.
– Где твои женихи, дочь моя? – с удивлением оглядываясь, спросил король Унгер. – Где принц Горра, где герцог Альдмер? С вечера они были здесь.
– Я отказала им, – опустив глаза, тихо ответила принцесса. – И вернула им свадебные дары.
– Но уехать не попрощавшись? – пожал плечами король. – Странно, странно!.. А где в таком случае твой избранник, принц Амедей?
– Он поехал к своему батюшке, получить его благословение, – лёгкий румянец окрасил щёки принцессы, и она стала еще обворожительней. – Завтра он должен вернуться.
Пестрые бабочки, не переставая, кружились над головой Мелисенды. Они опускались на её длинные ресницы, приняв их за какие-то диковинные цветы, а золотые волосы – за полные меда редкие травы. Мелисенда со смехом отгоняла бабочек, а они посыпали ей руки разноцветной пыльцой.
Вдруг словно внезапный порыв ветра взметнул бабочек, и они, сбившись в бесформенную стаю, поспешно скрылись в глубине сада.
Послышался цокот копыт, и навстречу королю и его дочери выехал стройный рыцарь на чёрном коне, словно выточенном из ночной грозовой тучи.
– Вот кто к нам пожаловал, – шепнул король, наклонившись к дочери. – Сам граф Мортигер. Богаче его, пожалуй, не сыщешь никого в наших краях. Но не лежит у меня к нему душа, сам не знаю почему. Веет от него каким-то холодом…
– Верно сказано! – чирикнул Придворный Воробей, сидевший на плече короля.
Что расслышал граф Мортигер, осталось неизвестным. Но в тот же миг из его глаз вылетели две короткие острые молнии и растаяли в воздухе, оставив легкий дымный след.
Да, можно сказать, граф Мортигер по-своему был красив. Правда, его кожа была, пожалуй, слишком бледной, а в тени казалась даже чуть зеленоватой. Но потому такими яркими казались его глаза, большие, бездонно-черные. В их глубине порой вспыхивал тусклый отдалённый огонь.
– Ларец сюда! – приказал он зазевавшемуся слуге, и тот присел на дрожащих ногах.
– Принцесса, здесь редчайшие драгоценности, которые дарят нам скупые и жадные недра земли! – граф Мортигер хотел было открыть тяжелый ларец, но Мелисенда с улыбкой покачала головой и сделала шаг назад.
