Босиком по асфальту полностью

Я инстинктивно прикрыла себя руками, резко поворачиваясь к нему.

— Что?

— Раздевайся, говорю.

— Ага, еще чего?

Саша дернул бровью. А затем наклонился, поднимая свою футболку с песка, и, отряхнув, протянул ее мне.

— Надевай, пока не простыла. На улице уже прохладно.

Забота?

Он смотрел на меня все еще немного печально, но в голосе слышалась усталость. Глаза спокойные, без извечных хитрых искорок, к которым я так привыкла.

— Что в таком случае наденешь ты?

— Пойду так, чтобы радовать твой глаз.

Я передразнила его, качнув головой и фальшиво растягивая губы, однако футболку приняла. Взгляд, как назло, скользнул по его обнаженной груди, но я быстро вернулась к голубым глазам.

— Спасибо. Может, отвернешься?

— Что я там не видел? — шире усмехнулся Саша, показательно проходясь по моей фигуре взглядом. Сунул руки в карманы шорт, но мокрая ткань оказалась не слишком податливой.

— Саша! — Угрожающее рычание.

— Что? — Те самые хитрые искорки в глазах.

— Я ведь тебя сейчас действительно в этом озере утоплю.

Он хохотнул, явно находя ситуацию до безобразия забавной, но все же обошел меня, направившись обратно к ребятам. Я на всякий случай обернулась, чтобы проверить, что он точно не смотрит, надела футболку и быстро стянула из-под нее свой мокрый топ. Теплая сухая ткань приятно скользнула по телу, и я тут же согрелась. Футболка почти полностью закрывала шорты и вообще выглядела как безразмерное платье. Очень короткое безразмерное платье, но все же.

Саша отдалился уже на несколько метров, и я поспешила за ним. Мой взгляд сверлил его широкую спину, плавно покачивающиеся при ходьбе плечи, полоску позвоночника.

Мы почти поцеловались. И, кажется, в этот раз он был серьезен. Что тогда происходило во все дни до этого? Он шутил? Издевался? Просто не настаивал? Несколько раз я уже пресекала попытки, которые, мне казалось, переходили грань, и Саша всегда отступал, уважая мой отказ, но в этот раз решил действовать иначе, и я… черт… Я почти сдалась ему.

Как он не понимает, что нам обоим будет больно, если мы сейчас позволим этому завертеться?

Я шла за ним шаг в шаг, и между нами было не так много расстояния, поэтому, когда Саша вдруг внезапно замер и резко развернулся ко мне, я едва не впечаталась в его грудь носом.

Благо вовремя затормозила, вскинув голову. Наши взгляды встретились. Мой, удивленный, и его — решительный донельзя. Сердце в груди ударило слишком сильно.

— Не думай, что я уеду, не попрощавшись.

От серьезности тона по коже поползли мурашки. Я повела плечом и приподняла подбородок. Изогнула бровь, чувствуя, что облегчение накрывает меня с головой. По самую макушку.

Потому что мысли о том, что все закончится огромным ничем, почти поселились в моей голове. Я всеми силами пыталась избавиться от них, но тут Саша сам заговорил об этом. Отчего-то хотелось поблагодарить его за этот шаг.

Значило ли это, что у нашей истории все же будет конец? Что она не оборвется внезапно, не оставит после себя ощущение полнейшей неопределенности. Нас ждал разговор, мы оба это понимали. И обоим, кажется, становилось легче от этого осознания.

Я кивнула, вглядываясь в ясные радужки его глаз. И прикусила губу, стискивая в пальцах край футболки.

— Не буду.

Саша кивнул в ответ. Пожевал щеку изнутри, развернулся и пошел дальше.

Я нахмурилась. Взгляд уставился в его широкую спину, и я шагнула вперед не думая. Волнение билось, дрожало под кожей, и мне хотелось успокоить это в себе.

Почему-то мне казалось, что мы оба уже заранее знали, чем именно закончится эта долгая, наполненная миллионами событий, чувств и мыслей неделя.

Воскресенье

Мы остановились почти синхронно. Замерли на подъездной дорожке и опустили глаза. Наверное, Саша, как и я, не знал, что сказать, и тоже чувствовал напряжение. Тоску, сжирающую до края. Эти чувства бурлили внутри, под кожей. Хотелось вспороть ее, чтобы освободить их.

Чем быстрее это закончится, тем проще будет, думала я сейчас.

И, пожалуй, каждую минуту этого дня.

Саша написал мне утром. В первый раз за всю эту неделю я получила сообщение от него в мессенджере. Невольно вспомнила сумасшедшее утро понедельника и судорожные мысли о том, что лучше бы он мне не писал и не искал.

Надо же, знала бы я тогда, как пройдут следующие семь дней моей жизни.

Негромкий звон пришедшего уведомления коротко раздался в комнате. Я потянулась к телефону и наклонила его экраном к себе, чтобы видеть оповещения.

Не знаю, проснулась ли ты уже, но доброе утро. В пять часов я встречу тебя у твоего подъезда. Постарайся не опоздать, мы идем на встречу к Гите.

Сообщение в духе Саши: от каждой буквы так и сквозило самоуверенностью. Это заставило меня усмехнуться, и я сняла блокировку, чтобы напечатать ответ.

Составил план действий на сегодня?