Внутри лайнера все дышало гнетущей напряженностью и страхом. Ни разговоров, ни радостной толчеи, возникающей после благополучного прибытия к месту назначения. Пассажиры оставались на своих местах, цепенея под грузом суровой угрозы.
- Командир! - позвал Таштемир.
Первый пилот в рубахе с расстегнутым воротом и мрачным выражением лица подошел по пустому проходу к угонщику.
- Стойте спокойно, - предложил Таштемир, не повышая голоса. - Я не собираюсь палить без разбора. И взрыва просто так не устрою. Главное, чтобы группа захвата пока воздержалась от сюрпризов.
- Мы же об этом договорились.
- Попросите подняться на борт начальника спецкоманды. Для разговора. И предупредите, чтобы без лишних движений, без оружия, без бронежилета. Безопасность я гарантирую. Предупредите также, что я профессионал.
Офицер с погонами майора на летней форменной рубашке, держа руки на уровне груди ладонями вперед, вошел в салон лайнера.
- Садитесь, - предложил Таштемир и указал стволом пистолета на кресло рядом с собой.
Офицер опустился на сиденье, где до того располагался Саидходжаев, и оно жалобно скрипнуло под тяжелым, ладно сбитым телом.
- Теперь расслабьтесь, майор. Я не псих и не террорист. Ни взрыва, ни стрельбы не будет. А вот разговор предстоит. Взаимоинтересный...
- Слушаю вас, - сказал майор спокойно и положил руки на колени. Лицо его оставалось суровым, замкнутым.
- Давайте взаимно представимся, - предложил Таштемир. - С кем имею честь?
- Майор Лысов, - ответил офицер. - Степан Гаврилович.
- Лысов? - спросил Таштемир. - Я вас знаю.
Вы из первого выпуска спецкурса. Я из третьего, капитан Иргашев. Сейчас покажу удостоверение.
Левой рукой извлек из кармана документ и положил на кейс. Майор взял его, раскрыл корочки. Вгляделся в фото. Прочитал записи. С треском закрыл и положил на кейс.
- Так какого же ты... - Лысов сдержался и в более мягкой форме стал уточнять, что имел в виду: - К чему весь этот балаган?! Ты знаешь, во что обходится выезд спецгруппы? А нервы?!
- Знаю. И для таких расходов, товарищ майор, есть серьезная причина. Вы сейчас сделаете вид, что мы договорились, и я отпускаю пассажиров. Пусть экипаж их выводит. А я вам пока покажу один документ.
Он приоткрыл кейс и вынул лежавшую сверху бумагу.
- Всего, что здесь имеется, вам читать не придется, - сказал Таштемир. - Потребуется не один час. А на это взгляните.
Он протянул майору лист, держа его за краешек Майор положил его на колено и стал быстро читать текст. Брови его полезли наверх. Спросил с подозрением:
- Не фальшивка?
- Вы верите, что в Бешарыке в уголовном розыске такое могут состряпать?
- Потрясающе!
- Как считаете, что с этим делать?
- Вы уже сделали, капитан. Привезли сюда.
Таштемир тряхнул шевелюрой.
- Поразительно, товарищ майор, сколько в вас столичной самоуверенности.
- Что имеешь в виду? - спросил майор обиженно.
- Очень многое, но главное - мы еще не довезли этого до надежного сейфа.
- Довезем, - заверил майор. - Что еще?
- Затем неизвестно, в чьи руки попадут эти бумаги. Если в грязные - их замотают, изорвут и спустят в унитаз.
- Ты же доверяешь мне, капитан?
- Майору Лысову я доверяю.
- Тогда скажи, для чего ты инсценировал уголовщину?
- Мне нужна была для охраны бумаг спецгруппа.
- Дорого тебе обойдется такая шутка. Дорого, капитан.
- Я знаю. Но меня из аэропорта живым не выпустят. Больше того, даже в вашем присутствии попытаются ликвидировать.
- Я тебе, капитан, признаться, не верю. У тебя в глазах азиатские миражи. Подумай. Здесь Москва.
Мы не группа кооператоров из деревни Пырловки, которых можно остановить на дороге и потребовать деньги из мешка. Ты видел моих ребят?
- Представляю. Но и у Дарчиева мужики не пальцем сделаны. Им обещано четыреста тысяч. Сейчас могли накинуть еще столько же. Наличными. Отмытыми.
Лысов присвистнул.
- Что ж ты мне сразу о Дарчиеве не сказал? Фамилия нам известная. Это действительно тип серьезный.
- Лучше поздно, чем никогда. Так у вас говорят?
- Добро, Иргашев. Я сейчас дам отбой, и мы поедем в город с комфортом. Что там с тобой начальство станет делать - не знаю. Но довезти я тебя обязан.
- Спасибо, майор. Я в последнее время столько бегал, что ехать с комфортом побаиваюсь. Не верю удобствам.
- Ты даешь, капитан!
- Когда вернулся с Афгана, все время ходил и поглядывал под ноги. Мин опасался. Теперь опасаюсь всего, что выглядит заманчивым и удобным. Решаю - не подставка ли? Должно быть, я трус.
- Об этом потом. Что сам предлагаешь?
Таштемир сунул руку в карман, вынул сторублевку.
- Сейчас все сядем в ваши машины. Вы, майор, снимите амуницию, потом дадите команду трогаться.
У стоянки аэродромных автобусов мы вдвоем выйдем.
Машины ваши пойдут дальше. А мы - на стоянку к частникам. За "стольник" нас до Москвы домчат без помех.
- Нет, Иргашев, тебя и в самом деле перепугали.
Хорошо, я приму меры, хотя уверен - против наг никто не попрет.
Майор вышел к трапу, громко крикнул:
- Грибов! Алексей Иванович! Зайди.
Через минуту в лайнер поднялся рослый круглолицый парень в каске и бронежилете.
- Знакомься, Алексей, - предложил Лысов. - Угонщик. Капитан Иргашев.
