Что может быть общего у известной русской журналистки, никогда не сидящей на месте, и немецкой рок-звезды, в ногах которой весь мир бьется в истериках? Всего одна ночь. Которая перевернула мир двух безгранично одиноких людей.
Босиком по лужам
Содержание
Глава 1
Я поставила точку и нажала «Сохранить». Наконец-то… Вечно дотяну до самого последнего, а потом сижу до утра, мучаюсь, ругаюсь. А на кого, собственно, ругаюсь? На себя, любимую. Допила остывший кофе, прицепила файл к электронному письму самой себе и нажала «Отправить». Внизу экрана около часов тут же замигал белый конвертик, сообщивший, что мое письмо дошло до адресата. Завтра на работе сохраню файл на рабочий компьютер, еще раз перечитаю, поправлю, и все будет хорошо, а то флешки постоянно теряются или забываются. Я уже и на ключи их вешала, и в сумку кидала… Эх, не живут у меня флешки, не приживаются. Теперь можно ложиться спать с чистой совестью! Я с нескрываемым удовольствием нырнула в постельку, мысленно пообещав себе, что больше не буду засиживаться до трех часов ночи. Все-таки должен быть в жизни какой-то режим. Да, мне, биологической «сове», очень тяжело жить жизнью «жаворонка», но надо же как-то к этому приспосабливаться. Плохо только то, что «сове» спать осталось всего ничего, а ей требуется как минимум девять часов полноценного сна для полного восстановления организма. С этими мыслями я и уснула… уснула бы… если бы ни телефонный звонок… Я чертыхнулась. Ну что за елки-палки! Ни стыда, ни совести! Кому часы надо подарить?
— Машка, какое счастье, что ты дома! — радостно завопила в трубку Полина, моя давнишняя подружка. Мы с ней знакомы без малого двадцать лет. Вот как в ясли впервые пришли первого сентября, так с тех пор почти и не расставались. Помнится мне, у нас даже кровати рядом стояли в детском саду, а в пионерских лагерях и в школе нас постоянно принимали за сестер. Потом, конечно, наши пути немного разошлись, но отношения остались прежними. Мы всегда помогали друг другу.
— Воропаева, ты на часы смотрела? Мне на работу с утра, а ты… Ну что ты за зараза такая? — Иногда я позволяла себе называть Полинку заразой. Она не обижалась. Знала, что я зову ее так любя.
— Дууура! — растягивая гласные, заявила Полька. — Да ты меня расцеловать должна, что так удачно все складывается!
— В три часа ночи я могу тебя только убить! Причем с особой жестокостью.
— Сейчас-сейчас! Ты кинешься мне на шею!
— Имей ввиду, это должно быть что-то совсем аховое. Не томи.
— Мне нужен переводчик на два дня, — выпалила она скороговоркой.
— Медленно повтори еще раз, — нахмурилась я. Действительно, сейчас кинусь на шею и придушу.
— Ну, ты же меня выручишь, правда? — захныкала Полинка.
— Пупсик, ты знаешь, что я тебя люблю, и, как любимой женщине, никогда и ни в чем не отказываю, но…
— Нет, ты не можешь отказаться! — едва ли не ревела она. — Где я найду в три часа ночи адекватного переводчика с немецкого?
— Еще и с немецкого?! Ты же знаешь, что последний год я только по-испански шпрехаю. Полина, да я язык уже не помню.
— Вот и потренируешься! — Я просто таки увидела, как она нагло потирает ручки и хитро лыбится.
— Это невозможно. У меня работа. Я только из Колумбии…
— Тем более отлично! Скажешь, что у тебя акклиматизация! Болеешь ты!
— Ты с головой дружишь?
— Маха, мне нужна твоя помощь! — голос подруги стал неожиданно серьезным. — Мне больше не к кому обратиться. Мой переводчик в больнице с острым приступом гнойного аппендицита. Завтра прилетают эти куклы, которые ни бельмеса ни по-английски, ни по-русски. Всего два дня. Ты будешь их сопровождающим лицом и переводчиком. От себя могу предложить треть твоей месячной зарплаты за два дня работы и эксклюзив, на котором ты еще наваришь кучу бабла.
— Что за куклы? — вздохнула я, понимая, что отказаться не смогу. Не имею права.
— Группа немецкая. Tokio hotel — слышала о таких?
— Как? — перекосилась я. — Токийский отель? Господи, какой ужас. Что курит их менеджмент?
— Да ну тебя, — отмахнулась Полька. — Название в меру бессмысленное и дубовое. Не лучше и не хуже других. Они сейчас очень популярны в Европе. Ну Михалычу и приспичило привезти этих малолеток. Я с ног сбилась, чтобы их волшебный райдер выполнить, тоже нашли мне золотую рыбку. Сделай меня птичкой, сделай меня рыбкой. Тьфу! А мне их раком хочется сделать. Они еще не приехали, а я их уже ненавижу.
— Полина, стыдись! — улыбнулась я. — Зачем ты работаешь там, где тебе не нравится?
— Мне нравится моя работа. Мне не нравится, когда какие-то малолетние сопли хотят срубить денег не хуже Мадонны. Там такие требования только по одной охране, что Путин нервно курит в сторонке.
— Немцы пароноидально щепетильны. Не думаю, что они просят больше, чем надо.
— Вот ты их знаешь, ты мне и поможешь! Машка, ты ж не хочешь, чтобы я померла? Нет, не хочешь?
— Можно подумать, у меня есть варианты. Ты еще нас всех вместе взятых переживешь пять раз, — недовольно проворчала я.
— Вот и отлично! Жду тебя завтра в Шереметьево в полдень. И не опаздывай! — быстро сказала Полинка и повесила трубку, видимо, боясь, что я передумаю.
