— Шейх — не пещерный человек. Мы современная семья, забыл? Мама — американка, и папа выбрал ее. Он любит меня и хочет мне счастья. Отец не может считать тебя недостойным мужем, Нейт. Откуда у тебя этот страх? Бегство — не спасание. Даже если бы я согласилась, нас все равно бы нашли…
— А ты согласись, Ли. Прошу тебя. Я знаю, как все организовать. У нас будут новые документы. Новая жизнь. Только ты и я, — я заглядываю в расширенные зрачки Хамдана. Если честно, сама не уверена в том, что он осознает, какое безумие сейчас предлагает.
— Это, правда, возможно?
— Если ты скажешь «да», Ли.
— Но как же твоя любимая карьера? Страна? Ты же жуткий патриот, я что, не знаю тебя, что ли?
— Сейчас, мне кажется, когда я близок к тому, чтобы потерять тебя навсегда… ничто из этого имеет смысла, — нервно сглотнув, я слезаю с его колен, резко отстраняясь.
— Что значит, потерять навсегда, Нейт?
— Что это еще может значить? — он меня за дуру держит, уходя от ответа. — Ли, меня отправили учиться сюда с целью защищать тебя. Такого ответа тебе достаточно? Моей основной задачей было охранять тебя издалека. И за выполнением задания пристально наблюдают, Алисия. Поэтому, да, я следил за тобой. Каждый чертов день. Каждую секунду, — я леденею, с ужасом вслушиваюсь в каждое его слово.
— И это тебя остановило? Ты побоялся потерять карьеру? И не смог мне рассказать об этом, по-человечески объяснить? Либо ты глупец, либо ты лжешь, — фыркаю я, ощущая кошмарную усталость и слабость в мышцах. — Я устала и хочу домой, Нейт. Отвези меня, пожалуйста. Мне нужно все обдумать, — прячу лицо в ладонях. — Сейчас я не готова простить тебя. Не так быстро. И не уверена, в своих чувствах, — добавляю я, желая «уколоть» Нейта. — Мы все равно увидимся послезавтра на конференции, не так ли. Ты же будешь обязан издалека наблюдать за мной, безоговорочно выполняя свое задание?
— Да. Я буду. Ли…мы еще не закончили, — Нейт явно хочет мне что-то сказать, но я прибавляю музыку до оглушительной громкости и отворачиваюсь к окну, всем своим видом показывая, что продолжать дискуссию не намерена.
До кампуса мы едем в полном молчании.
Я прячу непроизвольную счастливую улыбку в вороте свитера, ощущая, как приятно покалывает его губы от сладко-горьких поцелуев. Внезапно, знакомая сладость мешается с явным металлическом вкусом крови, и мне становится…не по себе.
Бесшумно пробираясь домой глубокой ночью, я снова и снова прокручиваю в голове последние произнесённые обещания. Они так легко слетели с губ, так просто. Все просто, когда сердце горит от любви и страсти. Я чувствую себя всесильным, когда Алисия Саадат смотрит на меня своими огромными аквамариновыми глазами. Ее любовь опьяняет, заставляет верить, что нет ничего невозможного, непреодолимого.
— Не поздновато для прогулок, Хамдан? — стальной властный голос отца резко переключает поток моих мыслей в реальную плоскость. Вздрогнув, я резко останавливаюсь, сердце сбивается с ритма, пропуская удары. Массивная высокая фигура Джамаля Каттана перекрывает лестничный пролет. Я нервно сглатываю и, как всегда, тушуясь, когда отец появляется так стремительно, словно из-под земли. При его росте и комплекции это кажется сверхъестественной суперспособностью.
— Когда ты вернулся? — задаю я единственный, пришедший на ум вопрос.
— А я никуда и не уезжал, Хамдан, — сдержанный ответ лишает меня дара речи. Что это значит? Как не уезжал? Он же должен быть на военной базе. — Поговорим, у меня в кабинете, — распоряжается отец. И это не приглашение, не просьба. Неопровержимый приказ, обязательный к исполнению.
— Слушаюсь, сэр, — бросаю себе под нос. Как на плацу, черт.
Повернувшись ко мне спиной, генерал АРС размашистым шагом поднимается наверх, а мне не остается только следовать за ним. Вскользь замечаю, что он в форме, а это не предвещает ничего хорошего.
