— Имею в виду то, что буду рада, как можно скорее приступить к обязанностям. И хочу, чтобы ты не требовал от меня сейчас забеременеть взамен, — поясняю я, еще раз подчеркивая то, что я не готова сейчас взять и зачать ребенка от нелюбимого мужчины. Думаю, я никогда не буду готова к этому. — Я планирую работать несколько лет. Повременю с обязанностями матери, с твоего позволения. Идет? — дипломатично торгуюсь я, протягивая Амирану руку. Бросаю на него совершенно испепеляющий взгляд, взывающий его к тому, чтобы он научился пользоваться презервативами.
— Не это я ожидал услышать, — до скрежета стиснув зубы, хлестко бросает Амиран. Желваки на его точеных скулах бугрятся, выдавая в нем резкое повышение градуса гнева, расплавленного в его венах. Я уже молчу о других мышцах на его теле, включая вздувшиеся бицепсы. Хорошо, что Амиран додумался обернуть бедра полотенцем и не смущает меня демонстрацией орудия убийства, которым пару часов назад он меня чуть не убил.
— Я тоже не ожидала, что ты будешь иметь меня, как шлюху, — делаю шаг вперед, когда он игнорирует мою вытянутую вперед ладонь. А потом резко хватает её, рывком притягивает к себе. Обхватывает до боли скулы, сталкивая нас лбами. Шипит прямо в лицо, по слогам, по буквам:
— Ты не шлюха, Алиса. А с-у-ч-к-а. Моя сучка, — выдыхает у моих губ. Стерпев боль от его хватки, едва сдерживаю в себе порыв влепить ему пощечину.
— Говоришь таким тоном, словно сучки тебя заводят, — пылко вырывается у меня. — И если ты еще раз меня так назовешь, я тебя ударю, — звучит наивно, но я хотя бы высказала свое желание вслух, не подавила его.
— Кажется, у тебя появился инстинкт самосохранения, — парирует Амиран, удовлетворенно подчеркнув то, что я боюсь натворить лишнего.
Это правда, я боюсь. В его руках жизнь Нейта, и его лучше не злить.
— В любом случае, шлюхи не заслуживают таких подарков, Алисия. А ты не заслужила только красивую свадьбу.
— Официального торжества не будет? — не знаю почему, но подобное пренебрежение к церемонии задевает меня.
Отсутствие желания у принца делать праздник, навевает меня на мысль, что ему и правда нужна была лишь породистая самка в его зверинце, и обязательно — на законных основаниях. На остальное — плевать. И на мою маму, на отца, на сестер, которые ждут к своей дочери самого уважительного и лучшего отношения. Чем я его не заслужила? Тем, что всю жизнь любила другого, а с Амираном познакомилась две недели назад?
— Нет, — твердо отрезает Амиран. — Никакого роскошного праздника, никакого красивого платья. Никаких клятв. Этот фарс ни к чему — свое я уже получил, — высокомерно прищурив веки, чеканит Мактум.
— Думаешь, я этого всего хотела? — заносчиво фыркнув, драконю его в ответ я.
— Конечно, хотела. Не сомневаюсь, ты бы хотела чувствовать себя особенной, Алисия, — жестче прицелив тон, Амиран отчетливо дает понять мне, что это далеко не так. — Каждая девушка этого хочет.
— Я — не каждая, — совсем недавно я то же самое сказала папе. Видимо, они сделаны из одного теста, а чертовы психологи правы, когда говорят, что многих девушек неосознанно тянет к мужчинам, похожих на их отцов…
— Вынужден согласиться.
— Спасибо, — сдержанно отвечаю, пока наши взгляды продолжают вести немую войну, выпуская друг в друга искры и тяжёлую артиллерию. — Но я не ношу белое золото. Или в анкете твоих агентов не указано, что у меня на него аллергия? — у Амирана челюсти сводит от моего пренебрежительного замечания и законченного упрямства.
— Будешь носить это, пока ювелир не изготовит другое, — сквозь зубы, цедит эмир.
— Непременно. Выбора же у меня нет. Как всегда, ваше высочество.
— Именно. Алиса, не спорь, не дерзи, и мы поладим, — мрачным тоном советует мужчина. Амиран резко отпускает меня, словно теряет ко мне всякий интерес. — Твой диплом Дайан отдаст тебе завтра. В Америку ты не вернешься. Учиться больше не будешь, — Амиран отстраняется и вновь щелкает зажигалкой, зажимая зубами новую сигарету.
