В мирмекийской винодельне процесс переработки винограда был сложнее, чем в описанной выше тиритакской давильне, и не ограничивался выжиманием сока ногами рабов-давиль» щиков. После того как первый сок был уже извлечен, перемятый виноград, сложенный в какую-нибудь эластичную тару вроде мешка, корзины и т. п., укладывали на каменную плиту с желобом, и здесь его прессовали, стремясь полностью выжать остававшийся еще сок. Самый пресс был рычажный, т. е. состоял из деревянного рычага-бруса, один конец которого вставлялся в углубление, устроенное в стене, а другой служил для подвески тяжестей.
Рис. 12. Винодельня эллинистическо-римского времени в Мирмекии.
Применение подобных прессов в эллинистическое время подтверждается отдельными находками каменных «тарапанов», являвшихся неотъемлемой частью виноделен с рычажными прессами. Круглый большой «тарапан» (греческое название — ?????, латинское — ara) III в. до н. э., имеющий диаметр 1.50 м, был найден в Мирмекии при раскопках центральной части города. Эта плита входила в оборудование какой-то крупной ранне-эллинистической винодельни, в которой применялся рычажный пресс. Аналогичная круглая плита (ее диаметр — 1.40 м) с желобом и сливом (см. рис. 29) обнаружена при земляных работах к северу от Мирмекия, близ от Царского кургана.22 Очевидно, там в эллинистическую эпоху находилась какая-то сельско-хозяйственная усадьба (villa rustica), в которой была устроена винодельня с рычажным прессом.
Рычажные прессы, применявшиеся в боспорских винодельнях в эллинистическую эпоху, позже были усовершенствованы, как об этом свидетельствуют мирмекийские и особенно тиритакские винодельни римского времени, обнаруживающие некоторые признаки технического прогресса, который произошел на протяжении эллинистическо-римского времени.
В непосредственной связи с сельским хозяйством развивалось животноводство. Во всех поселениях Боспора жители разводили домашний скот для получения пищевых продуктов (мяса, молока) и использования рабочей силы животных. Животноводство давало также кожу, которая шла не только на удовлетворение местных потребностей, но и на вывоз, хотя основная масса этого товара поступала к греческим купцам от кочевников.
Картина животноводческого хозяйства поселений Боспора может быть в известной степени восстановлена по тем местным остаткам, которые в большом количестве встречаются при раскопках. Сборы костей млекопитающих, произведенные при раскопках Мирмекия и Тиритаки, позволяют сделать следующие наблюдения.
Наиболее обильно представлены бык и мелкий рогатый скот, довольно многочисленны кости свиньи. Основную базу животной пищи составляли бык, овца, коза, свинья. Интересно, что находимые при раскопках кости лошади всегда целы. Очевидно, в греческих поселениях лошадь в пищу не употреблялась. Наоборот, крупные бычьи кости, как правило, встречаются расколотыми (в целях извлечения из них костного мозга).23
Из домашних птиц разводились куры, гуси, утки. Их кости встречаются не только среди пищевых остатков поселений, но иногда и в могилах как остатки пищи, клавшейся покойникам. В могилах нередко находили и хорошо сохранившуюся скорлупу куриных яиц.
О том, что жители Боспора занимались охотой, говорят находки костей диких животных, хотя они довольно малочисленны. Охотничий промысел, повидимому, был слабо развит в боспорских городах. В Мирмекии и Тиритаке изредка обнаруживались кости зайца, лисицы, благородного оленя, сайги.
Весьма существенное место в хозяйственной жизни населения Боспора занимало рыболовство. Располагаясь на побережье моря и устьев больших рек, греческие колонии имели прекрасные возможности к развитию рыбного промысла, и эти возможности были ими широко использованы. Когда при раскопках боспорских поселений археологам приходится иметь дело с наиболее ранними культурными отложениями, то обычно среди пищевых остатков встречаются остатки рыб, что свидетельствует о существовании рыболовства в этих поселениях с момента их возникновения.
Рыба являлась пищей самых широких слоев населения. Соленая рыба экспортировалась в большом количестве за пределы Боспора на внешние рынки. В числе домашней утвари в боспорских городах, как и в других греческих колониях Причерноморья, весьма распространены были глиняные блюда, специально предназначавшиеся для рыбы. В центре блюд имелось углубление, куда клалась приправа. Такие расписные краснофигурные рыбные блюда украшались обычно изображением рыб.24 В эллинистический период, когда боспорские керамические мастерские особенно обильно выпускали на местный рынок обиходную посуду, в числе различных ее типов весьма многочисленны были именно рыбные тарелки, но без росписи.
В античной литературе сохранилось не мало упоминаний о рыбных богатствах Черного и Азовского морей, об отдельных видах водившихся там рыб, о способах их лова.
Греческий писатель IV в. до н. э. Архестрат написал специальное сочинение, посвященное боспорской соленой рыбе, к сожалению, до нас не дошедшее и о котором мы знаем лишь по упоминанию у других авторов.25
