– Слушай, – говорит учитель боулинга, когда я беру со столика свой коктейль и с удовольствием делаю первый холодный глоток. – А может, и правда? Пойдешь со мной на свидание? На настоящее. Не с целью охомутать неуловимого Макса?
Едва не давлюсь, смотрю на него: а он догадался. Догадался, что это все не всерьез. Ну и кто там говорит, что мужчины туго соображают?
Отпираться и уверять его в обратном глупо, молчать тоже. Тем более что теперь, наоборот, как-то легче, когда во мне не видят влюбленную дурочку.
– А разве Макс неуловимый? По крайней мере раз его получилось поймать.
– Угу, вот этот раз и будет последним, – глядя на парочку, поясняет Олег. – Он не дает вторых шансов.
Обернувшись, тоже смотрю на Макса и Настю. Она вьется возле него, притворяется, что не может выбрать шар, что у нее зацепился ноготь или что никак не может понять, как же лучше стать, чтобы на этот раз не промазать. Макс спокойно ей помогает, отвечает на вопросы, но да… если внимательно присмотреться, держится чуть отстраненно.
Не знай я, что они раньше встречались, подумала бы, что просто приятели. Даже не друзья, потому что близости нет. Не чувствуется этого ни в жестах, ни в позах. Она – для него, это видно. А вот он будто сам по себе и лишь позволяет ей находиться возле себя.
– Но… а почему он тогда согласился приехать?
– Хороший вопрос, – хмыкает его друг. – Вряд ли его замучила ностальгия. Возможно, хочет окончательно убедиться, что сделал правильный выбор.
Эта версия кажется убедительной, хотя я верю в свой вариант. Макс не спешит уйти из клуба, вполне спокойно принимает знаки внимания Насти, радуется вместе с ней, когда они нас побеждают. Мы с Олегом больше сидим и болтаем, поэтому проигрыш принимаем спокойно.
Мне начинает казаться, что все-таки была права я, а не друг Макса, когда подруга вдруг с таинственным видом тянет меня в туалет за компанию.
– Ты меня прибьешь, – говорит она покаянно, – но я сказала Максу, что мы с тобой едем ко мне, хотим пожарить шашлыков, а ни ты, ни я не умеем. Это могут только мужчины. Ну и… он согласился заехать, помочь. Прибьешь меня, да?
– Нет, – успокаиваю ее, а когда она улыбается, тянусь к ее шее руками и шиплю: – Придушу!
Она хохочет, отбивается и снова смеется.
– Ну Анит, ну пожалуйста! Я все продумала! Тебе не придется возвращаться поздно ночью в такси с незнакомым водителем! Заночуешь у меня, да и все. Ты же знаешь, в доме комнат хватает.
Угу, а еще я знаю, что не нравлюсь ее старшему брату.
Словно прочтя мои мысли, Настя меня заверяет:
– Тимура не будет. Он в командировке. Так что все удачно сложилось: в одной комнате буду я с Максом, в любой другой – ты и…
Выразительно смотрю на нее.
– Ты и никого больше! – клятвенно обещает она. – Полный покой! Хочешь – всю ночь читай свои лекции, не помешает никто! Обещаю!
Ну да, ну да, именно так все и было. Только с точностью до наоборот. Потому что нельзя верить влюбленным подругам.
– Тебе помочь? – На кухню заходит Олег и не особо охотно смотрит на то, как я мою овощи.
Это я сама вызвалась, чтобы принять хоть пассивное участие в мероприятии. Ну и чтобы Настя с чистой совестью могла остаться возле Макса и вдохновлять его на приготовление вкусного шашлыка. Одним мясом не обойдешься, но и салаты в такую жару ни к чему, поэтому я просто нарезаю овощи кусочками и достаю из холодильника то, что может еще пригодиться.
– Можешь открыть вино, – киваю на пузатую бутылку.
Олег с благодарностью улыбается – тоже ведь намеренно оставил пару наедине – и с легкостью справляется с заданием. Он же и выносит в беседку бокалы. Потом приходит за другими продуктами.
А я, пока суечусь, посматриваю в окно. Запах мяса уже дразнит аппетит, вот-вот будет готово, но больше меня волнует другое. По-моему, вопреки словам Олега, его друг решил попробовать еще разок с Настей. Ее смех то и дело долетает через распахнутые окна, да и он изредка улыбается.
Раздумываю: выходить или нет, не хочется им помешать. А потом замечаю, что к дому подъезжает белая иномарка, раздаются сигналы, и машина въезжает во двор. Хм… три девушки, две из них кажутся смутно знакомыми. Да, точно, мы даже о чем-то общались на вечеринке у Воронова.
Настя приветливо машет им рукой, что меня удивляет. Не ее вежливость, нет. Но выглядит так, будто она и их пригласила. Зачем? Разве ее целью не было побыть только с Максом?
– Анит! – кричит она, зайдя в дом, обнимает меня со спины и доверительно сообщает: – Представляешь, Макс собирался пожарить мясо и уходить. Пришлось срочно организовывать вечеринку.
– А с вечеринки он разве не может уйти?
– По идее, может. Но вряд ли уйдет. Я заметила, что он напрягся, наверное, я чуть переусердствовала. А так расслабится, подумает, что среди гостей легко затеряется.
– Наивный, – хмыкаю я, намекая на Настину хватку, из-за которой я здесь.
– Если бы, – вздыхает она и тянет меня. – Пойдем, уже все готово. Не хочу надолго оставлять его одного.
Мельком взглянув в окно, вижу возле Макса двух из трех девушек: он явно не один и пользуется успехом.
