Цицерон обнял ее одной рукой, обсуждая последнюю защиту с парнем, сидевшим позади него.
— Если ты так сильно его любишь, то, что было в доме Мерседес? Я думала, между вами все кончено.
— Да, — пробормотала я, жалея, что сказала это. Хукер внимательно наблюдала за мной, ее взгляд был слишком прямым. Я боялась, что если она посмотрит пристально, то увидит боль, которую так тщательно скрывала.
— Ты говоришь не особо уверенно, Шпиц, — возразила она. — Если бы все еще не было кончено, мне было бы что сказать. Во-первых, вы с Бексом ведете себя как пара первоклассных идиотов. Почему ты не можешь просто сказать ему...
Вскочив на ноги, я решила, что, возможно, пришло время сделать перерыв в дамской комнате. Хукер явно собиралась сказать мне все причины, по которым я должна признаться Бексу. Быть там, сделать это. Мое сердце до сих пор не зажило. Очередь в дамскую комнату будет долгой – долгожданное избавление от любопытных глаз Хукер.
Они сказали, что в перерыве будет что-то особое, но у меня не было никакого желания смотреть. Так продолжалось до тех пор, пока на поле не вышел Бекс с микрофоном, за ним следовал Эш, а Клейтон тащил за собой стул. Увидеть эту троицу было столь неожиданно, что я медленно опустилась обратно на свое место.
— Какое жалкое оправдание для развлечения, — воскликнула Хукер, но я проигнорировала слова подруги.
Тогда я еще этого не знала, но она не могла ошибиться сильнее.
— Всем привет, — сказал Бекс, и его голос эхом разнесся по громкоговорителям. — Наслаждаетесь игрой?
Эти слова были встречены громким ревом аплодисментов и парой свистков. Естественно, они раздались со стороны Броутона.
— Да, и я тоже, — Бекс преувеличенно вытирал пот со лба и задыхался, как будто он действительно много работал – что он и делал. Толпа засмеялась. — Вам всем наверняка интересно, что я здесь делаю.
— Да, — заорал Олли. — Какого черта ты тут делаешь, Бекс?
Это вызвало несколько смешков. Я наблюдала, как Лео потянул его вниз, ударил по голове, а потом перевела взгляд на Бекса. «Какого черта он делает?» — гадала я. Он должен использовать это время, чтобы отдохнуть и зарядиться энергией. Вместо этого развлекает фанатов.
— Хороший вопрос, Олли, и я как раз собираюсь ответить тебе на него.
Бекс ухмыльнулся, когда толпа притихла, в ожидании, что он скажет дальше.
— Всем известно, что я немного суеверен. И доказательство тому, — сказал он, показывая пальцем, — на моем лице. Но иногда, если хочешь получить нечто большее, приходится чем-то рисковать.
Когда Бекс уселся на стул, поднялся ропот. Эш вытащил из кармана бритву, держа ее так, чтобы всем было видно.
Я поднесла руки к губам, поняв, что он собирается делать.
— Что такое? — спросила Хукер, положив руку мне на плечо. — Шпиц, ты в порядке?
Я практически ничего не понимала. Он ведь не станет... нет?
— Не делай этого, Бекс! Не делай этого! — крикнул один из его фанатов.
Оглядывая ряды, Бекс нашел меня глазами, наши взгляды встретились. Мой был потрясенным, его – полный решимости. Микрофон уловил его слова, из-за чего их услышали все, хотя на самом деле они предназначались только для моих ушей.
— Это для тебя, Сэл.
Кто-то ахнул – точнее, целая куча людей. Возможно, и я была в их числе. Следующее, что помню – Клейтон намылил щеки и подбородок Бекса, стараясь покрыть всю нижнюю часть его лица. Эш двинулся за ним, наклоняясь, чтобы угодить.
— И этот идиот разрешил мне сделать все это только для того, чтобы доказать, насколько он серьезен. Не ведись на это, Шпиц. Лучше позвони мне, — заговорил в микрофон Эш, прежде чем сделать первое движение
Приглашение Эша в одно ухо влетело, из другого вылетело. Я была слишком сосредоточена на так называемом идиоте, которого любила.
Бекс брился, и вся удача, которая могла заключаться в его бороде, уходила с каждым прикасанием лезвия к коже. Потребовалось меньше пяти минут, но все это время толпа, казалось, не дышала. Когда все закончилось, Бекс встал и стукнул Эша по спине, как это иногда делают парни, и Хлыст ответил ему тем же.
Как я уже говорила, парни – странный народ. Временами.
— Спасибо всем, — сказал Бекс, глядя прямо на меня, прежде чем Клейтон украл микрофон для своего личного особого объявления.
— Салли Шпиц, — сказал Клейтон, оглядывая аудиторию, и мое лицо вспыхнуло. Я еще ниже опустилась на сиденье. Он все равно заметил меня, но не стал привлекать ко мне внимание, так как другие тоже искали меня. — Вот ты где, девочка. Просто хотел, чтобы ты знала: если мы проиграем, это будет на твоей совести.
Ну, спасибо, Клейтон. Если раньше не было известно, что это я, то теперь они уж узнали наверняка. Я не могла никуда смотреть, не встретив пристального взгляда одного из многих фанатов «Чариота». Я отметила для себя выходы – на случай, если все пойдет наперекосяк.
— Я не понимаю, — сказала Хукер, на ее лице был вопрос. — Почему он сказал, что это для тебя? Все, что он сделал – это сбрил дурацкие волосы на своем лице.
— Не знаю, — солгала я, улыбаясь.
