— Самое-то интересное, что в таких же серых войлочных ботах был знаешь кто?
Я задала вопрос и поспешила сама же на него ответить, пока Ирка не спорола еще какую-нибудь чушь, которая собьет меня с мысли:
— В аналогичных серых войлочных ботах был перелетный мужик!
— И что?
Против ожидания, подружка не ахнула потрясенно, а пожала плечами и призналась:
— Я не знаю, из какой это сказки.
— Потому что это не сказка, а страшная быль! Я говорю про того мужика, который разбился у нас во дворе! Я видела, у него на ногах были новые серые боты из войлока!
— И-и-и?
Доброжелательного и возмутительно невозмутимого доктора страстно захотелось убить.
— Ты не думаешь, что из этого можно сделать некий вывод? — Усилием воли я распрямила загибающиеся в когти пальцы и дала тупице еще один шанс на прозрение. — Ну же, подумай, кто носит войлочные боты?
— Старушки?
— Старушки не в счет! Кто еще?!
Ирка немного подумала:
— Ну, я ношу, если честно. Зимой в доме холодно, а войлочные боты легкие и теплые.
— Зимой не в счет! Кто носит войлочные боты летом?!
— Где? Если в Норвегии, то…
— Норвегия не в счет! — Я поудобнее прихватила тарелку, решив, что все-таки стукну тугодумку. — Кто носит боты летом в Сочи?!
— Психи?
Ирка щелкнула пальцами:
— А, я поняла, о чем ты! Хочешь сказать, что войлочные боты — это некий объединяющий момент? Символ такой вроде масонского знака?
Я моргнула. Масонская ложа психов в валяных ботах — это была могучая фантазия.
— Вообще-то я всего лишь хотела сказать, что в летнюю жару на модном курорте боты из войлока могут быть востребованы лишь за одно из своих многочисленных ценных качеств, — сказала я со вздохом. — И это качество — бесшумность!
— Слу-у-ушай, а ты права! — Ирка всплеснула руками. — Даже кроссовки и кеды, уж на что прекрасная спортивная обувь, на плиточном полу скрипят! А в войлочных тапках даже я хожу не как слон, а как мышка!
— Вижу, ты поняла. — Я кивнула. — Именно, как мышка! Очевидно, что та мерзкая серость, которая тайно шарила в твоих шкафчиках, специально обула войлочные боты, чтобы ее шагов никто не услышал. И я рискую предположить, что погибший перелетный мужик тоже делал что-то предосудительное и не желал быть замеченным!
— К любовнице ходил?
— Как вариант. — Я неуверенно кивнула. — Хотя, мне кажется, что войлочные боты — это вовсе не эротично. К любовнице надо бы в праздничном убранстве и с букетом!
— Ну, это дело вкуса, — справедливо заметила Ирка. — Я читала в журнале, что на Тайване в прошлом веке мужчина, желающий соединиться с желанной дамой, преподносил ей вовсе никакой не букет, а самую настоящую отрезанную голову врага. Вот это, мне кажется, действительно неэротично!
— Чьего врага? — заинтересовалась я. — Его или дамы?
— Народа? — предположила Ирка.
Мы немножко похихикали над странными чужеземными обычаями, а потом я удалилась к себе, чтобы не мешать подружке укладывать детей спать. У Максимовых это всегда эпическая битва, а мне, калечной, и так уже неоднократно досталось.
Забравшись на диван с ногами и ноутбуком, я с удовольствием погрузилась в мир относительно доброго фэнтези и в сладких муках творчества не заметила, как стемнело.
В реальность меня вернул телефонный звонок.
— Ты что, не слышишь, как я скребусь в твою дверь?! — сердитым шепотом поинтересовалась подруга.
— А зачем ты в нее скребешься? — спросила я, не спеша открывать.
— Инжир будешь?
Знает, чем выманить утомленного писателя из воображаемого мира в реальность! Воображаемый инжир — он реальному и в подметки не годится!
Я впустила подружку в квартиру, отняла у нее тарелку с инжиром и по дороге к столу успела набить щеки, испортив себе дикцию, так что Ирка не сразу поняла меня, когда я спросила:
— Оуа ыы?
— А?
— Откуда инжир, спрашиваю?
— А! О уаоы! — Ирка тоже налегла на фрукты. — От управдомши, говорю! Я сходила к ней с претензией по поводу мыши на потолке, и она откупилась от меня инжиром и мышеловкой!
Я огляделась.
— Мышеловку я не принесла, — правильно поняла мой немой вопрос подружка. — Поставила ее у порога. Вдруг мышь на этот раз как порядочная придет — через дверь.
И тут меня вдруг осенило:
— Окно!
— Что — окно? Думаешь, на подоконник тоже нужно мышеловку от незваных гостей пристроить?
— Да ты, похоже, уже пристроила одного незваного!
Я метнулась к окну, свесилась за подоконник и прищурилась:
— Так-так-так…
— Как-как-как?
— Иди сюда! — позвала я. — Смотри! Видишь, где лежал тот мужик?
— Тот, который жмурик? — Подружка тоже цепко прищурилась. — Ну, вижу. Господи, и как только эта дурища управдомша могла подумать, что он упал из твоего или моего окна, ведь он лежал намного правее!
— Молодец, хороший глазомер! — похвалила я. — Теперь пойдем во двор, кое-что покажу.
Мы спустились во двор и встали к нашей многоэтажной избушке передом, к шашлычнику Артуру Хачатуровичу задом (что Артур Хачатурович приветствовал одобрительным цоканьем, адресованным нашей некрасовско-рубенсовской красавице).
Я плавно, как Василиса Прекрасная, выпускающая из рукава лебедей в фольклорном танцевальном баттле, повела рученькой:
— Видишь, где он лежал?
— Кто?
