Сегодня глубокий голос магистра разносился из большого аметистового осколка в то время, как настоящий Жвор Третий молчал:
— Субъекты божественного творчества: бог, мир, разумные существа, неразумные существа и божественная энергия, что делает перечисление циклическим и невероятным. Основа любой творческой мысли бога как главного субъекта божественного творчества — это чудо. Рассмотрим классификацию чудес…
Студенты внимательно слушали и конспектировали. Вообще-то можно было не записывать, Жвор Третий этого не требовал, но в этом случае студентам грозила беспредельная скука. Отвлекаться же могли посоветовать только злейшим врагам, потому что независимо от настроения Жвор Третий замечал это, сильно не любил и на экзамене задавал беднягам, которые не умели сосредоточиться на учебе, дополнительные вопросы.
На первом занятии по божественному творчеству Жвор Третий был очень деятельным. Он сходу тогда заявил, что считает педагогический принцип “от простого к сложному”, полнейшей чушью и выбрал темой “Интуиция и воображение в структуре божественных творческих актов”. С примерами и практической отработкой… Сначала было сложно, но потом Тая, как и остальные студенты, втянулась.
Так как магия творчества была одной из божественных дисциплин, на занятии присутствовал весь курс. Тая по-прежнему садилась вместе со своими друзьями позади курса, чем раздражала Лантаниолу, ведь постоянным местом группы “Эльфийская лилия” был первый ряд.
Тая не могла понять, какое дело Лантаниоле до того, где она сидит, но похоже для эльфийки честь группы была чем-то важным. Не то, чтобы язвительные замечания Таю останавливали, друзей она не променяла бы и на самый высокий статус…
Когда лекция закончилась и все направились в столовую, Жасмин спросила:
— Что такое эвристический аспект божественного творчества? Я немного не поняла объяснения магистра.
Тая улыбнулась и заметила:
— А я по тебе не сказала бы, что ты чего-то не поняла. Ты с таким вдохновением внимала его словам…
— Без этого на лекциях по божественному творчеству никак. Кто сможет объяснить своими словами этот аспект?
Послышался негромкий голос Мираэля:
— Эвристический аспект означает, что бог творит, как захочет его левая пятка. Так, кстати, обычно и бывает. Очень редко кто из богов следует первоначальному плану, даже если он у них есть.
— Если, — вздохнула Жасмин, — я скажу магистру такое определение на экзамене, то вряд ли сдам…
Путь до столовой лежал через площадку для отдыха на втором этаже, которая состояла из зимнего сада, розария и множества лавочек для студентов. В центре на постаменте установили гадательный шар, чтобы каждый студент мог подойти и проверить, насколько он готов к итоговому испытанию.
Окончательный результат, конечно, узнавали только в конце года, а пока, если шар начинал светиться, это означало, что студент точно пройдет испытание. Редкие счастливчики получали еще и подсказку, какими именно богами они станут в результате обучения.
После прикосновения Таи шар оставался темный, как и у Креспида с Мираэлем. У Эльмиры шар светился, но ничего не получалось рассмотреть в этом сиянии. Только Жасмин получила ясную подсказку — огненный смерч, который страшил ее и интересовал одновременно. Так, по крайней мере, она сказала…
Почти у самой столовой Тая столкнулась с големом. Остальные прошли мимо него, не обратив на него никакого внимания, а перед Таей он вырос как гора, даром, что был выше всего на голову.
Тусклым голосом голем сказал:
— Сообщение от магистра Совера! Нужно прибыть к нему для разговора. Следуй за мной!
Тая тоскливо вздохнула, мысленно прощаясь с обедом, но спорить не стала и отправилась за големом, который, похоже, ни на секунду не сомневался, что так и будет. Он привел ее не к привычной двери кабинета, на которой жили живые буквы, превращающиеся в монстрика, а к незнакомому входу с распахнутыми двустворчатыми дверьми.
Это была легендарная столовая магистров. Тая воспрянула духом, потому что появился шанс все-таки пообедать. Сейчас в столовой был только Совер. И прекрасно, а то Тая не смогла бы есть от смущения. Забавно, что ее не превращали в камень своим появлением только три преподавателя — Себек, Таррус и тот, кто сейчас указал ей на стул.
Совер поинтересовался:
— Какими блюдами ты хочешь пообедать?
— Если нет ограничений, то я хотела бы сырную похлебку с грибами, мясной медальон с овощами и карамельный пудинг.
Все, что Тая назвала, появилось перед ней по мановению руки Совера. Студенты не имели возможности выбирать в своей столовой, что будут есть. Их кормили сытно, но выбор блюд был на совести повара. Так что Тае повезло! Она съела несколько ложек сырной похлебки и только потом заметила странный взгляд Совера.
В голове у Таи шевельнулась мысль: “А посмотреть в другую сторону ты не можешь?”, но вслух она произнесла более нейтральную фразу:
— О чем ты хотел со мной поговорить?
— Таррус сказал, что ты освоила начальное воплощение стихий. Это правда?
— Да, хотя огонь у меня получается создавать далеко не всегда.
