— Только не убивайте! — всхлипнул карлик, когда я нежно провел по его щеке ладонью, оставляя обожженные царапины. — Герои тоже хотят хорошо жить, так ведь? И мы помогаем им, поставляя все, что они хотят. Рабов, наркотики, запрещенные алхимические препараты…
— Нет! Нет! Заберите его! — вскричал гном, когда мы зашли в комнатушку. Вначале вломились каменные либлины и влетели огненные, осветив потолок. Следом зашел я, заполняя собой все пространство, и только потом заглянула хранительница. — Пожалуйста, я все сделаю! Все, что хотите! Деньги? Может, наркотики? Ай, зачем вам эта глупость? Рабы? Хотите рабов?
— О чем ты? — отшатнувшись, спросила хоббит, с ошалелым, искривленным ненавистью лицом. — Там умер мой брат! Как ты можешь так говорить?!
— Для начала спасти мою сестру и получить достаточно сил, чтобы схлестнуться с теми, кто уже выполнил божественный квест, — поправил я зажигательную подругу. — А потом. Да.
Для начала я советую вам начать с самых азов строительства. Таких, как создание комнат и укрепление стен. Однако прямо сейчас придется озаботиться менее стандартной проблемой. У нас гости. Двое незарегистрированных. Произошло вторжение в подземелье.
— Можно и так сказать, — нахмурившись, сказал я. — Мы слуги лорда распорядителя, являющегося служителем Играющего бога. Хотя я, если честно, с этим статусом еще не свыкся.
— Смотри не сгори в лаве любви, — усмехнулась фея, положив подбородок на ладони, она откровенно разглядывала обнаженную фигуру.
— Только основной природой, — улыбнулась хранительница. — И я, и они — воплощение стихий, однако они низшие духи, редко достигающие порога разумности. Большинство из них даже не может говорить. Наши размеры, владение своей стихией, предназначение различны. Хотя на этом плане мы не можем далеко отходить от своего источника и существуем только рядом с открытыми порталами.
— Нет, мастер, — ответила мне согнувшаяся в поклоне фигура, — я выражаю ваши подсознательные желания и создана, чтобы выполнять все ваши требования.
— Да… мы мышки. Мы воры. Мы умеем лучше всех срезать кошельки и красться незамеченными. Можем проникнуть в тенях куда угодно. И мы, Бездна все забери, не воины! — последнее она сказала слишком громко, так, что много голов повернулось в нашу сторону. Я помахал рукой, улыбаясь, и поднял уже пустую стопку. Реакция окружающих была предсказуемой, большинство просто отвернулись, фыркнув. Другие подняли тост.
Дварфы куда проще и грубее, они таких искушений не любят и, кроме курева и порошка, используют крепкий алкоголь, который больше горит, чем пьется. Однако они постоянно заинтересованы в росте благосостояния и территории, а потому тайно провозят оружие для борьбы с другими гильдиями и расами.
Эльфы же куда более утончены, и, хотя их молодые сородичи не сильно разборчивы и могут наслаждаться тем же, чем и другие расы, некоторым эстетам нужны лишь особенные развлечения. Повышенным спросом в борделях пользовались дети до девяти лет и услуга по избавлению от трупов, остающихся после неуемной любви особо темпераментных господ.
— Сотру. В пыль, — прогрохотал я, и вжавшийся в стену гном запричитал:
— Я всего лишь поставщик, что заказывают, то и привожу. Не я, так другие найдутся.
— Верно. Найдутся. Но катакомбы — единственный путь для контрабанды в город. Рассказывай, где и что находится. Кто пользуется моим домом!
Когда он закончил, и в его рту опять оказался кляп, я уже более-менее представлял, что находится в катакомбах неподалеку. Город распорядителя был огромен, и тут нашлось место гильдиям воров, работорговцев, охотников за головами и наемных убийц, борделям для разных рас и, конечно, подпольным барам и наркоманским притонам. Тайные алхимические и магические лаборатории, где проводились опыты над разумными, только дополняли этот список.
Многие были официально разрешены, но не хотели платить входную пошлину на товары, доходящую до половины стоимости. Другие запрещались, а потому ввозились только через катакомбы и канализацию. Говорить о гильдиях убийц и воров вовсе не приходилось, они всегда находились вне закона.
Моя проблема состояла в том, что эти замечательные твари со всех сторон окружили центр города, а значит, захватили и сердце подземелья, находящееся прямо под ареной. А я, как дурак, освободил мелкого засранца, чтобы напугать контрабандистов. Отлично, теперь у меня развлечение обеспечено на долгое время. Справиться даже с крошечной гильдией в одиночку почти нереально. Правда, я и не один.
— Замуруйте их, — приказал я, скрежеща каменными губами. — И принесите четвертьрослику чернила и лист бумаги. Одного пальца ему хватит, чтобы написать своим хозяевам.
— Стойте! Как же я буду писать? — ошарашенно спросил гном, но я уже вышел из комнаты.
Хранительница протянула вперед руки, а затем сомкнула ладони. Следом за ними последовали стены, вытягивающиеся, словно глина под умелыми движениями горшечника. В ужасе гном бросился вперед, но напоролся на каменных либлингов, мгновенно отбросивших его обратно. Кажущиеся небольшими, они были куда тяжелее противника.
