Мы проходим мимо камеры, в которой я была, и продолжаем идти, пока не доходим до конца. Посреди камеры сидит темная фигура, привязанная к стулу. На полу под ним нарисованы странные знаки.
Азра открывает зарешеченную дверь и заходит в камеру. Я не решаюсь заходить в закрытое помещение, чем бы эта штука ни была привязана к стулу. Азра, кажется, не настаивает на том, чтобы я прошла, поэтому я остаюсь там, где я есть.
— Скажи мне точно, почему тебя послали сюда, и я,
Злобная ухмылка расползается по его уродливому лицу. Лицо разлагающегося трупа.
— Ты знаешь, почему я здесь, Азраил. — Голос существа эхом отдается в моей голове и повсюду вокруг меня.
— Тебя послала Лилит? — Спрашивает Азра, не задетый близостью к чему-то столь отвратительному.
— Моя мать становится нетерпеливой.
Мать? Это демон. Мужчина на складе был демоном. Странный холод вызывает появление мурашек на моих руках и спине.
Почему я не подумала об этом раньше? Лилит создает новых вампиров в моем мире. Для чего? Прежде чем я успеваю толком подумать, мой рот начинает двигаться.
— Скажи мне, стоит ли Лилит за новыми вампирами в мире смертных. — Я вхожу в камеру, но все еще стою немного позади Азры.
— Разве ты не загляденье? Мне было интересно, когда ты собираешься выйти из тени. — Демон шипит мне. Отвращение пробегает по моему телу, когда он оглядывает меня с ног до головы.
— Отвечай на вопрос! — Я требую. Демон начинает смеяться.
— Конечно, так и есть, глупая девчонка. Она ничего не может сделать, пока ты бегаешь вокруг и рушишь наши планы. — Его голос переходит в рычание.
Я слишком ошеломлена, чтобы продолжать говорить. Должно быть, поэтому Лилит хочет меня. Я продолжаю убивать вампиров, которых она создает.
— Я должен признать, мне немного грустно, что я не смогу смотреть, как она вырывает твое сердце. — От его слов меня тошнит. Мрачное чувство начинает овладевать мной, и мое дыхание ускоряется в такт с моим сердцем.
— Хватит, — рычит Азра демону, прежде чем из тела, привязанного к стулу перед нами, исходит вспышка света. Его крики пронзают мои уши, когда я, спотыкаясь, выхожу из камеры. Он исчезает так же быстро, как появляется свет.
Я не осознавала, насколько тяжело дышу, пока Азра не притянул меня в свои объятия.
— Ты в порядке, он ушел, — шепчет он мне на ухо, сжимая меня. Мои мышцы мгновенно расслабляются, когда его тепло прижимается к моей коже.
— Это был демон, верно? — Я спрашиваю, но уже знаю ответ. Он кивает и отступает назад.
— Что это за знаки там, на полу? — Азра поворачивается, чтобы увидеть, на что я сейчас уставилась.
— Ловушка дьявола. Любой демон в этом круге будет пойман в нее. — Он поворачивается ко мне и заправляет прядь моих волос за ухо. — Ты в порядке, ангел?
Я киваю, делая глубокий вдох, чтобы успокоить остатки своих нервов.
— Хорошо. Я хочу тебе кое-что показать. — его улыбка кажется коварной, так что мои брови сводит.
— Хорошо… — Нерешительно говорю я, когда он тянет меня за руку обратно по коридору. Мы останавливаемся перед камерой, в которой я была две недели назад. Мои брови все еще сведены вместе, когда он открывает дверь и входит.
Он машет мне, чтобы я заходила, и я осторожно продолжаю. Нетерпение Азры берет верх, и он подходит ко мне. Он слегка сгибает колени, хватая меня за заднюю часть бедер и поднимая вверх.
— Что ты делаешь, Азра? Отпусти меня! — Я пытаюсь вывернуться из его рук, но он только усиливает хватку. Он целует мои улыбающиеся губы, и я чувствую, как холодный камень впивается мне в спину, когда он прижимает меня к нему.
Его язык скользит по моим губам, и я встречаю его своим, хватая его лицо. Мои пальцы касаются его короткой бороды, пока наши языки танцуют.
Азра скользит мной вниз по своему телу, неровный камень на стене царапает меня. Я едва замечаю это из-за жара, разливающегося по моим венам.
Он прерывает наш поцелуй и тянется к чему-то надо мной. Я поднимаю голову и вижу кандалы, привинченные к стене, висящей над нами.
Мои расширенные глаза встречаются с его глазами, которые теперь наполнены желанием. Он хватает оба моих запястья и поднимает их над моей головой, сковывая по одному, не прерывая зрительного контакта.
То, как мое сердце колотится о ребра, почти причиняет боль. Я принимаю чувство осознания того, что это из-за него. Поскольку кандалы закреплены очень высоко, мне приходится стоять на цыпочках, чтобы они не больно впивались в кожу.
Зрачки Азры расширяются, когда он смотрит на меня, скованную перед ним. В его власти сделать со мной все, что он захочет.
— Я хотел увидеть тебя в этих кандалах с того дня, как привез тебя сюда. — Его глубокий голос сочится возбуждением. Мои икры начинают гореть от того, что я стою на цыпочках, но далеко не так сильно, как мой живот, прямо сейчас тоскующий по нему.
