— Они не могли уйти далеко. Если разделимся, у нас будет больше шансов…
Он замер. Вдалеке сквозь ночь разнёсся смех Перри.
Мальчишки. Лёгкая мишень.
Вот только я же бог, у меня много возможностей. Я сделал глубокий вдох, приготовившись отвлекать внимание, но не успел предупредить Так, как вдруг она закричала.
У меня чуть барабанные перепонки не лопнули, этот вопль можно было услышать на расстоянии нескольких миль. Я скривился. Шансы остаться незамеченными свелись к нулю. Стражники закричали и начали показывать наверх. Но на лице Так отразилась мрачная решимость. Она закричала не от страха, это было предупреждение для мальчишек.
Но, естественно, как только Так спрыгнула с ветки на голову одному из стражников, мальчишки прибежали на помощь. Даже если они давно договорились о специальном сигнале, Так явно недооценила их верность и самоотверженность.
Спраут выбежал из-за деревьев, размахивая дубинкой, Перри и Мак неслись следом. Первого стражника застали врасплох: Спраут ударил его по коленным чашечкам. Перри прыгнул на второго. Локоть Мака уже летел в лицо третьему, тогда как Так взяла на себя командира.
Я спрыгнул на землю. Творился какой-то хаос: размахивающие конечности; крики, эхом разносящиеся по лесу; звон металла о металл, когда стражники обнажили мечи. Одно дело — кулаки и колени, другое — реальное оружие.
— Стоп! — выкрикнул я вслух, одновременно внушив мысль каждому из них. Двое стражников выронили мечи. Противник Так ничего не мог сделать, потому что его в этот момент душили. Но четвёртый…
Известное клише про замедлившееся время возникло не на пустом месте. Я прожил много тысяч лет, но впервые испытал это сам. Потрясённо застыв, я в ужасе смотрел, как меч пронзает живот Перри и выходит из его спины. Когда стражник выдёргивает его обратно, все замирают, и Перри смотрит вниз на своей живот.
Кровь пропитала его рубашку с обеих сторон. Он падает на колени, его глаза широко распахнуты.
— Так? — шепчет он, словно просит её о помощи. Но Так застыла на месте.
Я метнулся к нему. Исцеление — не мой профиль. С этим лучше справляется Аполлон. Но у меня не было выбора. Я прижал ладони к его груди, закрыл глаза и мысленно пожелал, чтобы его раны затянулись. Жизнь покидала его тело быстрее, чем я мог что-то предпринять. Я выругался. Только не сейчас. Не сегодня. Не на глазах у Так.
— Держись, — приказал я. Мои слова не имели такой повелительной силы, как у Зевса, но для смертного хватит. Перри застонал от мучительной боли, я вложил все силы в его исцеление.
«Аполлон», — мысленно позвал я — так громко, насколько возможно. — «Мне нужна твоя помощь».
Не знаю, услышал он меня или нет. Мысли не так быстро проносятся сквозь пространство, поэтому я заставил себя сосредоточиться на исцелении. Но я мог лишь ненадолго помочь ему продержаться. Я не Аполлон и не из первородной шестёрки, мои силы ограничены.
— Дыши, — ещё один приказ, уже мягче. — С тобой всё будет хорошо. Просто продолжай дышать. Вдох, выдох.
Пространство между моими ладонями и раной Перри озарилось золотистым светом, и стражники замерли в шоке. На время, по крайней мере.
Вот только вскоре нас окружила ещё дюжина стражников. Все останавливались, завидев меня. Мне было плевать — сейчас неважно, знают ли они, кто я такой. Важно только помочь Перри выжить.
Самый крупный из стражников таки бросился вперёд, направляя на меня меч.
— Что это за магия?
Другие тоже обнажили мечи и окружили нас. Я не шевелился. Где-то рядом раздались всхлипы Спраута. Их всех схватили стражники. Даже Так.
Но я не мог пошевелиться: стоит отвлечься — и Перри может умереть. Одного за другим стражники связали их и повели через лес. Плач Спраута затихал по мере отдаления. Мак оставался молчалив, как всегда. Так же продолжала кричать всё это время:
— Не дай ему умереть, Джеймс!
Я стиснул зубы.
«Аполлон… пожалуйста. Я сделаю всё, что захочешь».
Опасное предложение, слишком многое можно придумать, но я был в отчаянии.
«Всё что угодно ради смертного?»
Голос Аполлона раздался в моей голове быстрее, чем я ожидал. Я наклонил голову, высматривая его в темноте, но, разумеется, не видел. У нас не было особого дара невидимости, но никто не видел нас, если мы того не хотели.
«Да, всё что угодно. Только исцели его».
Пауза.
«Ладно. Отвлеки остальных смертных. Я не могу это сделать у них на глазах. Зевс убьёт тебя, ты же в курсе?»
«Знаю, знаю, — выпалил я. — Если я позволю им увести меня, обещаешь, что сделаешь всё, что в твоих силах, чтобы спасти его?»
Я буквально ощутил его возмущение.
«Я же уже сказал, что сделаю это. А теперь убирайся, пока я не передумал».
Вложив остаток своих сил в Перри и надеясь, что он продержится, пока стражники уводят меня, я поднял руки и встал.
— Ладно, я сдаюсь. Ведите.
Это были самые долгие десять секунд за всю мою вечность. Стражники переминались нерешительно, никто не говорил ни слова. Перри слабел с каждой секундой, и я отчаянно застонал. Я понимаю, что им страшно, но они же могут взять себя в руки?
— Слушайте, либо вы сейчас же меня арестуете, либо я убью вас всех и спокойно уйду целым и невредимым.
