Повелитель Межуровнья очень пожалел о том дне, когда, желая позабавиться, дозволил пройти к Звездному Тоннелю Межуровнья некоему бесшабашному пареньку, на котором оказались амулеты, подаренные им по мимолетной прихоти некой девушке. Да, не мелких церберов границ нужно было спускать на него, а охотников покрупнее. Погоняли его тогда, позабавились, но выпустили живым. «Зря, – решил Злат. – Впрочем, никогда не поздно исправить ошибку. Ведь герцог Лиенский не является членом семьи принцессы, и клятвы насчет сохранности его здоровья я никому не давал». Эти выводы успокоили Злата.
– Вот такой у нас шутник и забавник герцог Элегор. Забрал бы ты его к себе в Межуровнье для развлечений, что ли? – предложил принц и, нахваливая жертву, заметил: – Он шустрый и живучий.
Повелитель Межуровнья только неопределенно хмыкнул в ответ на это великодушное предложение. Пожав плечами, Джей понял, что его рекламная акция не удалась, и печально пробормотал:
– Ну не хочешь, как хочешь.
А герцог Лиенский лучезарно улыбался гостям, нежно придерживая за руку Элию. Элегор был просто счастлив: даже ему, признанному баламуту, редко удавалось вывести из себя такое количество важных персон одновременно. Злились принцы, многочисленные поклонники богини любви и все хоть сколько-нибудь мнящие о себе красотки, питавшие глупые надежды относительно совмещения места Хозяйки со своей персоной. Менестрели вдохновенно играли мелодию «Избранница навсегда». Герцог мысленно похвалил себя за великолепно подобранный репертуар и сделал знак рукой. Музыка стала значительно тише. Смолкли и разговоры гостей.
Элегор торжественно провозгласил от имени Элии и от себя лично:
– А теперь мы приглашаем короля Лимбера, принца Рикардо – Покровителя Виноделия, принца Кэлера – Покровителя Пиров и принца Лейма – Покровителя Всего Живого принести первую дань Лозе, испить старое вино в честь нового урожая.
Все вышеперечисленные кивнули, принимая приглашение. Под мелодию «Лиен благодатный» сквозь расступившуюся в почтительном молчании толпу гостей избранные последовали за Хозяином и Хозяйкой в глубь сада, к виноградным лозам, оживающим после краткого осеннего отдыха. (Минувшая осень в Лоуленде была очень теплой, и лозы не пришлось даже укрывать, снимая со шпалер, как пятнадцать лет назад.) Принцесса слегка левитировала, чтобы острые каблуки не увязали в рыхлой, влажной после ночного дождя почве.
Выбрав нужное место, Элегор остановился и, подождав, когда к нему присоединятся остальные участники церемонии, извлек из воздуха серебряный поднос с запыленной прохладной бутылкой темно-зеленого стекла и пятью хрустальными бокалами на тонких ножках. Оставив поднос висеть на уровне пояса, герцог занялся бутылкой «Сладкой страсти». Сноровисто – сказывалась многолетняя практика – молодой бог пальцами вынул из бутылки пробку и аккуратно разлил по бокалам драгоценный напиток.
В полном молчании приглашенные разобрали бокалы, Хозяину и Хозяйке, согласно традиции, пришлось взять один на двоих. Вдохнув аромат напитка, боги пригубили вино. Элегор сделал несколько глотков и передал бокал принцессе. Ехидно бросив мысленную реплику: «Надеюсь, вы не заразны, герцог», – принцесса допила свою долю под не менее ехидный ответ Элегора: «Даже если и так, дорогая Хозяйка, то, согласно древней пословице, зараза к заразе не пристает, пейте смело!»
Каждый оставил на дне бокала несколько капель, чтобы подарить их Лозе. Красные капли упали на землю и, рассыпавшись золотистыми, темно-и ярко-синими, фиолетовыми, изумрудно-зелеными и серебряными искрами личной силы богов, почти мгновенно впитались в почву. Приглашенные ощутили, как земля благосклонно принимает энергию, и та, умножая саму себя, растекается по саду благодатной волной. Искры и волны энергии разглядели и почувствовали все, находящиеся в садах Лиена.
– Вкусно, но мало, герцог, – приземленно заметил Кэлер и спросил, скорбно разглядывая стремительно опустевшую тару: – Ты что, нарочно самую маленькую бутылочку всегда выбираешь?
– Самые большие бутылки уже ждут вас, принц, – кивнул Элегор в сторону столиков под тентами для высоких персон. Там действительно заранее были выставлены двух– и трехлитровые емкости лучших вин, призванных удовлетворить жажду его высочества.
– «Сладкая страсть». Прекрасный букет. Сладость в сочетании с терпким вкусом, – задумчиво констатировал принц Рик, по божественному призванию вынужденный произвести беспристрастную оценку нового вина, и, ухмыльнувшись, заметил: – Надеюсь, новые ваши вина будут еще лучше. Не зря же мы тут старались: пили, благословляли и все такое?
– Я тоже надеюсь, – серьезно кивнул Элегор. – Ведь от этого зависят мои доходы.
– Спасибо, Гор, так вкусно, – улыбнулся Лейм.
– Да уж, в Лиене плохих вин не делают, – благодушно вставил король.
