— Не грусти! — Анна взъерошила ему волосы на голове. — Ты хороший парень, Боря, просто замечательный. Добрый, ласковый, умелый. Когда все у нас случилось, я и Клава как-то зацепились языками. А она и говорит: «Слушай, Анька! Кем мы были, до того, как Боря нас к себе позвал? Никому не нужные старые кошелки. А тут нас такой мальчишка полюбил! Окружил заботой, кормит, поит, одевает. Муж мой близко так не делал, да и твой не слишком суетился. Значит, мы с тобой еще на что-то годны. Может, и отыщем свое счастье». Так оно и получилось. Без тебя б не вышло. Мне подруги в магазине говорили: «Вас обоих словно подменили. Будто враз помолодели, и еще похорошели». Будь иначе, Клава не нашла бы своего Колю, а меня Олежек не позвал бы Братск. Пусть хранит тебя Святая Богородица, Борис! Отслужи и возвращайся!
Она его расцеловала и ушла. Приближался день призыва. Как-то Борю пригласила Алексеевна.
— Что с квартирой будешь делать? — поинтересовалась.
— Закрою на замок, — пожал плечами Боря. — Как придет повестка, схожу с ней в ЖЭК. Напишу там заявление, что отсутствую по уважительной причине. Забронируют за мной. Говорили, что такое можно.
— Зря так думаешь, — сказала Алексеевна. — Государственной квартире пустовать два года не позволят. Отдадут какой-нибудь семье, вроде бы на время, ну, а выйдет навсегда. Вещи вывезут на склад, где их благополучно разворуют — не найдешь концов. Когда ты вернешься и потребуешь жилье вернуть, выделят комнату на общей кухне. Дескать, вот тебе по норме — получи и не пищи.
— Как же быть? — нахмурился Борис.
— Сдай квартиру в поднаем. Дай согласие на прописку в ней жильцов. Субквартиранты права на квартиру не имеют и обязаны освободить жилплощадь по требованию нанимателя. И тогда никто не рыпнется.
— Где ж найти порядочных жильцов? — опечалился Борис. — Люди разные бывают. Попадутся негодяи — все изгадят, поломают или обнесут квартиру. С платой за квартиру могут быть проблемы. Как я их приструню, если сам-то далеко и приехать невозможно?
— Есть хорошая семейная пара, — сказала Алексеевна. — Я за них ручаюсь.
Борис глянул недоверчиво.
— Ты не сомневайся! — подтвердила Алексеевна. — Я их с детства знаю. Людочка — племянница моя. Окончила торговый техникум, и ее распределили в Минск. Работает товароведом в горпромторге. Здесь и Сашу встретила, он прораб на стройке. Зарабатывает хорошо. Поженились, сняли комнату в квартире, где живут с хозяевами. Только Людочка забеременела, и хозяйка ей сказала, чтоб съезжали — не желает, чтоб ребенок досаждал ей плачем. А жилье другое не найти — не хотят с детьми сдавать. Муж думал отвезти ее к родителям, пусть там ждет, пока дадут квартиру. Но им ждать еще два года. Получается, семья в разлуке. Плохо, да еще племянница боится: мужа могут увести. За квартплату и порядок не волнуйся — лично прослежу. И тебе заплатят хорошо. Как вернешься, будут деньги приодеться.
— Познакомьте меня с ними, — попросил Борис.
Кандидаты в квартиранты заявились в тот же вечер. Познакомились, попили чаю, поболтали. Семья Борису приглянулась. Жена с уже заметным животом смущалась и смотрела робко. Муж держался более уверенно, но без наглости.
— Живите, — сообщил Борис. — Но аренду оформим через ЖЭК, чтобы все официально. Мне — пятьдесят рублей за месяц, государству — что положено.
— Подходит, — оживился Саша. Борис лишь улыбнулся про себя. За комнату семья платила сорок пять рублей, а тут дороже на червонец, включая коммуналку, но зато отдельная квартира. Плюс холодильник и стиралка. Телевизор, если захотят, переоформят на себя в прокате. Для Минска это просто суперпредложение. Здесь даже комнаты сдавали пустыми, без всего.[3]
— Чем можем пользоваться?
— Да всем, что есть, — сказал Борис. — Сломаете — почините. Иначе вычту стоимость ремонта. Откажетесь — подключу Валентину Алексеевну.
— Не сомневайся! — торопливо сказал Саша. — Съезжая, даже сделаем ремонт в квартире. Косметический, конечно. Деньги посылать тебе в армию?
Борис задумался. Людмила поняла по-своему.
— Можем дать вперед, — сказала. — За квартал. Хозяйка комнаты с нас так брала.
— Не нужно, — отказался Боря. — Вот что, Саша. Как оформим сдачу в ЖЭКе, будет предложение. Выгодное вам и мне.
В ЖЭК они отправились назавтра. Прораб спешил — видно опасался, что квартира уплывет. Договор оформили довольно быстро — Алексеевна подсуетилась. Иначе б дело затянулось — не частый случай. Естественно, что в договоре об аренде фигурировала плата, установленная государством для квартиросъемщика, брать больше запрещалось. Прораб с женой получили статус субквартирантов и право проживать в квартире в течение двух лет.
— Ты говорил о предложении, — напомнил Саша, когда они закончили с арендой.
— Нам нужно съездить кой-куда за город, — сказал Борис. — Наймем такси или найдешь машину?
— Найду, — сказал прораб.
Назавтра он пригнал к подъезду старенький «Москвич».
— Служебный, — пояснил Борису. — Начальство одолжило. Куда нам ехать?
— На кладбище в Чижовку…[4]
