Заглянув в этот дом, Нияз поначалу не намеревался задерживаться здесь, у него были другие планы, но теперь ему не хотелось уходить. Ушел он поздним вечером. На улице не было ни души, стояла тишина, и только где-то далеко лаяли собаки. Нияз вдруг как-то особенно сильно ощутил свое одиночество.
Едва дождавшись, когда пройдет два дня, Нияз снова отправился к ним. На этот раз он захватил с собой небольшое, но сделанное со вкусом ожерелье из мелкого жемчуга. Нияз купил его давно у какого-то англичанина.
Он открыл шкатулку и поставил ее перед Разией Бегум.
— Сегодня мне один человек насильно всучил это ожерелье. Взгляните, вам нравится?
— Очень красивое,— отозвалась женщина, перебирая жемчужинки.
Султана сначала сделала вид, что ее это совсем не интересует, но все же не могла удержаться, взяла у матери ожерелье и надела его на шею:
— Мама, идет мне?
— И не стыдно тебе, Султана?! Сними сейчас же! Вы только посмотрите, как разгорелись у нее глаза! — накинулась на дочь Разия Бегум. Нияз только этого и ждал.
— Оставь себе, Султана!
Но та неохотно сняла ожерелье и положила его обратно в шкатулку. Она сидела молча, низко опустив голову.
— Хорошо, что вы свой человек. Девушка не должна так вести себя. Что о ней подумают, если она поступит так при посторонних? Я не сторонница того, чтобы потакать капризам девушек. Можешь купать своих детей в золоте, но всегда строго следи за ними, тогда они вырастут послушными. Нынешняя молодежь — это несчастье,— пытаясь сгладить свою резкость, добавила Разия Бегум.
Дождавшись, когда она кончит, заговорил Нияз.
— Она надела его, пусть у нее и останется.
— А за сколько вы его купили?
— Зачем вам это знать? Я не собираюсь брать с вас за него деньги,— засмеялся в ответ Нияз.
Разия Бегум некоторое время препиралась, но потом все-таки согласилась принять подарок. Они долго сидели, болтая о том о сем. Нияз и на этот раз покинул их дом поздно вечером.
30
Постепенно у него вошло в привычку чуть не через день заходить в их дом, часами сидеть там, болтая с Разией Бегум и бросая украдкой взгляды на Султану.
Однажды он пришел, когда дома были только Султана и Анну, уснувший над книгой. Султана пригласила Нияза сесть и сказала, что пойдет позвать маму, которая вышла к соседям. Но не успела она повернуться, как Нияз схватил ее за руку. Он сделал это так резко, что разбились все ее чури .
— Что же вы наделали?—огорчилась Султана.— Совсем новые, вчера только надела их.
— Наденешь другие!—засмеялся Нияз.
— Мать и так не разрешала мне их надевать. Теперь она мне задаст.
На лице ее была неподдельная печаль. Нияз вытащил из кармана пачку денег и положил ее перед девушкой.
— Ну что ты так расстраиваешься? Вот возьми, купишь себе другие.
Султана никогда в жизни не видела столько денег. Она изумленно уставилась на пачку, помолчала немного, а потом тихо сказала:
— Мне не нужны ваши деньги.
Нияз снова взял ее за руку, усадил рядом:
— Ну присядь, я же не съем тебя.
Она смущенно отодвинулась от него подальше. В предвечерних сумерках девушка казалась еще красивее: большие глаза, прикрытые длинными, густыми ресницами, золотистые блики на щеках, стройное, гибкое тело... Нияз совсем потерял голову.
— Можно, я тебе что-то скажу?
— Говорите.
Но он не смог сказать того, что хотел, и срывающимся от волнения и смущения голосом проговорил:
— Я поговорю с твоей матерью.
Султана не поняла его.
— А мне сказать вы боитесь?
Нияз заглянул в ее глубокие, почти бездонные глаза.
— Султана, ты мне очень нравишься,— наконец проговорил он.
Девушка сидела молча, опустив голову, и теребила конец шарфа.
— Ты не догадываешься, почему я прихожу сюда так часто?—продолжал Нияз. Ему хотелось сказать ей все.
— Нет, откуда же? — неохотно ответила она.
— А если я скажу, что бываю здесь только ради тебя?
— Это неправда! — резко ответила Султана.
— Как мне это доказать тебе? — засмеялся Нияз.
— Сидите всегда и болтаете с мамой, а говорите, что ходите ради меня. Зачем это вам ходить ради меня?
— Но глаза мои все время ищут тебя!
— Почему? — простодушно спросила Султана.
— Сядь рядом, я тебе скажу.
— Нет, мне и здесь хорошо.
Каждый жест, каждое слово Султаны разжигали Нияза.
— Тогда я сяду рядом с тобой! — заискивающе обратился он к девушке.
— А там вам сидеть неудобно? — быстро отозвалась она.
— Ну хорошо, взгляни на меня!—уговаривал он ее.
— Пожалуйста!—подняла она на него глаза. Он снова заглянул в них, и у него перехватило дыхание.
— О! — простонал Нияз. Султана удивленно смотрела на него.
Нияз собирался сказать еще что-то, но в это время пришла Разия Бегум, и он быстро отодвинулся от Султаны.
— Вы давно здесь? Я была в соседнем доме, могли бы крикнуть меня.
— Да нет, только что! — соврал Нияз.
— Султана, ты даже не угостила гостя паном *.— Она пододвинула к себе коробочку с пряностями и стала приготовлять пан.