Он встряхнул меня и поволок по галерее к лестнице, не обращая внимания на попытки вырваться. Я шипела, вертелась в руках грабителя рассерженной кошкой, брыкалась, крутилась, бессильно царапала ногтями плотную ткань мундира, защищавшего сдавливавшие грудь руки. Воздуха не хватало. Хотелось закричать, позвать на помощь, но я понимала, что мама близко. И если она услышит меня, если выскочит, ее будет ждать та же участь.
Пусть хоть ее не тронут! Хоть ее!
– Прекрати! А то разложу прямо здесь и не посмотрю, что лейтенант просил оставить дворяночек ему! Брезгует, видите ли!
При мысли о подлеце Ричардсе, ждавшем внизу, я забилась еще сильнее – только бы не достаться этому предателю и трусу!
Отчаяние придало сил,и очередной пинок все-таки попал по ноге удерживавшего меня мужчины. Бандит выругался, сбившись с шага.
– Ах ты! Сейчас я отучу тебя лягаться! Объезжу, как норовистую кобылу!
Мощный рывок – и мои ноги, лишившиеся опоры, беспомощно замолотили по воздуху. Сердце на мгновение остановилось – что, если мужчина просто скинет меня вниз с галереи прямо под ноги своим подельникам? Или швырнет на пол, выбив дух,и пока я буду пытаться прийти в себя, навалится сверху и сделает все, что захочет? Но в последний момент перед неизбежным, как мне казалось, падением, ступня коcнулась чего-то твердого.
Перила.
Ошибкой было подтаскивать меня так близко. Ошибкой было позволить упереться ступнями в жесткий деревянный борт, чтобы потом я смогла, резко распрямив колени, оттолкнуться от опоры, со всей силы впечатывая мужчину спиной и затылком в противоположную стену.
Бум!
Приложило грабителя крепко. Я отчетливо слышала треск – то ли деревянной oбшивки,то ли черепа. Руки разжались. Я повалилась вместе с мужчиной и сразу же откатилась в сторону, стараясь избежать угрозы.
Вовремя! Не успела я прийти в себя и отдышаться, как…
Бах! Бум! Дзынь!
Массивные напольные часы с корпусом из цельного дерева, стоявшие посреди галереи, вдруг пошатнулись и с грохотом обрушились на голову скрючившегося у стены грабителя, придавливая того к полу и перекрывая проход к маминым покоям. Треснул тяжелый корпус, взорвалось тучей мелких осколков стекло, маятник вывалился наружу, точно высунутый язык. Печально прозвенел в последний раз колокольчик – и все затихло.
Я подняла взгляд на то место, где еще недавно стояли часы,и заметила жавшуюся к стене Мод. Служанка дрожала, рвано и тяжело дыша,и, казалось, была на грани обморока, но, боги, как рада я была в этот момент увидеть ее!
– Мар! – недовольно гаркнул кто-то внизу. – Ты что творишь?
Молчание. Мужчина, погребенный под покосившимся корпусом, не шевелился.
Убит? Без сознания?
Кивком я подозвала Мод,и горничная серой тенью метнулась ко мне из своего ненадежного укрытия. Обхватила за плечи, помогла подняться. На нетвердых ногах я шагнула к заблокированной двери и только сейчас обнаружила, что падающие часы сбили ручку, не позволяя открыть проход со стороны галереи.
– Мама? - коснувшись ладонью полотна двери, прошептала я едва слышно. - Мама?
С другой стороны послышались шорохи. А затем – о, счастье! – раздался неуверенный тихий голос:
– Энди? Энди, милая,ты в порядке?
Ответить не успела.
– Мар! – раздалось уже ближе. – Мар, скотина, где ты?
Уходить, надо уходить!
– Андреа, - снова позвала невидимая мама. – Энди…
– Я тут,тут, - прошептала скороговоркой в замочную скважину. Верная Мод замерла за спиной, чутко вслушиваясь в звуки на первом этаже. - Спрячься, мама, спрячься. Сюда идут. Не открывай дверь.
Рука служанки коснулась плеча – и одновременно под ногами поднимавшегося наверх разбойника скрипнула первая ступенька.
– Миледи…
– Слышу, слышу.
– Энди… – тихий всхлип за дверью.
Сердце сжалось. Выбора не было. Оставаясь здесь, я только подставляла маму под удар.
На короткую секунду я прижалась к двери, словно через нее можно было обнять дорогого мне человека.
– Я вернусь мама. Я найду способ вытащить тебя. А теперь прячься, прячься, пожалуйста…
Она что-то ответила, но я уже не услышала. Отпрянув от мамы и неподвижного Мара, я схватила за руку Мод и потащила ее к моим покоям. И успела бесшумно затворить дверь за считаные секунды до того, как по полу галереи скользнул луч света,и мужской гoлос грязно выругался, увидев часы и бессознательного подельника.
***
Щелк.
Мод повернулась ко мне. В расширившихся глазах плескался ужас.
– Миледи… – срывающимся шепотом проговорила она. - Что делать, что делать?
Я оглядела две небольшие комнаты. Прятаться негде – разве что в сундук залезть, да и то это лишь на время оттянет неизбежное.
Нет, это не выход.
Взгляд замер на окне, выходящем на главный фасад и часть сада, смыкавшуюся с хозяйственными постройками..
А что, если?..
Медлить не стала. Быстрым шагом пересекла спальню, подалась к стеклу. И едва успела отпрянуть, мельком порадовавшись, что догадалась не раздвигать шторы.
Я думала, что грабителей было всего четверо. Как же я ошибалась!
