Путешествия, как известно, бывают разные. Приятные и не очень. А еще – просто кошмарные. Это когда наши мечты о прекрасном и таинственном тропическом острове, затерянном где-то в лазурных просторах Тихого океана, оказываются совсем не похожими на реальную действительность.В свои двадцать шесть лет автор этой полной юмора и безудержного оптимизма истории Дж. Маартен Троост решает, что ему окончательно опротивели каменные джунгли современного мегаполиса, берет в охапку свою подружку Сильвию, упаковывает в чемодан шлепанцы, панаму, шорты и отправляется на Тараву – тихоокеанский остров в составе республики Кирибати.Как встретила городскую парочку желанная обетованная земля и так ли хороша оказалась на самом деле жизнь на экзотическом острове, вы узнаете, дочитав до конца эту уморительно веселую, а местами – очень грустную историю о двух бесстрашных путешественниках, совершенно не намеревавшихся заниматься экстремальным туризмом.
Посвящается Сильвии и Лукасу
В один прекрасный день мы с моей подругой Сильвией переехали на тихоокеанский атолл близ экватора. Он назывался Тарава, и если бы человек, верящий в то, что земля плоская, ступил на его не слишком протяженный берег, он бы признал, что это и есть край света. Когда-то мне действительно казалось, что нет лучше места, чем этот вытянутый кусочек кораллового рифа, поджаривающийся на экваториальном солнце. Тарава был краем света, но для меня он на два года стал его центром.
Обычно в таких книгах, как эта – я имею в виду книги о путешествиях, приключениях, мемуары развлекательного характера, – указывается какая-то причина, движущая сила, мотивация, которая и заставила путешественника проделать свой путь. «Меня с детства завораживали краснозадые ламы, которые с 1742 года считались исчезнувшими, и я поставил себе задачу во что бы то ни стало отыскать одну из них». Или: «Я по-настоящему чувствую себя живым, только когда почти мертвый, поэтому меня привлекла идея взобраться на К2 в одиночку, без кислорода или варежек и скатиться на сноуборде вниз в полной темноте». Или: «Проработав два с половиной года бренд-менеджером в поисках оптимальных сетевых решений, я разбогател, но при этом почему-то не чувствовал себя счастливым (может быть, потому, что 372 шри-ланкийских дошкольника стали моими рабами и теперь трудятся на меня). Поэтому я и переехал в этот тихий уголок Европы, где буду учиться у крестьян жить простой жизнью и делать оливковое масло». Как правило, после своих путешествий автор становится немного мудрее, добрее, обретает духовность и начинает больше ценить взаимосвязь всех вещей в природе.
Скажу честно: у меня не было особо веских причин переезжать на Тараву. Решив отдохнуть от западной цивилизации, против которой, кстати, ничего не имею (особенно в том виде, в каком она существует в некоторых частях Италии), я не вдохновлялся примером квакеров, Торо, Гогена или кого-нибудь еще. Безусловно, кое-что в западной цивилизации меня тревожило. Новости Эм-ти-ви, связь между потреблением и ощущением личной значимости, тот факт, что профессиональные спортсмены устраивают забастовки, Коки Робертс[1], карьера Джеральда Ривьеры[2], который то и дело воскресает, позорная игра «Вашингтон Редскинз[3]» – все это внушало опасения по поводу дальнейшей судьбы западного общества. Однако все это никогда не заставило бы меня по доброй воле отказаться от комфортной жизни на континенте. Я просто не знал, чем заняться, скорее всего, потому, что тогдашняя траектория моего жизненного пути меня не устраивала – а это, в общем-то, и есть самая веская причина, чтобы бросить все и переехать на край света, разве не так?
Все случилось летом 1996 года. Я только что окончил университет в Вашингтоне, округ Колумбия, и там познакомился со своей подругой Сильвией. Мы с ней изучали один и тот же предмет – международные отношения. Моей специализацией была Восточная Европа (триумф добра над злом), а Сильвия выбрала Западную (сельскохозяйственные субсидии), за что над ней безжалостно смеялись. Но Сильвия двигалась от семестра к семестру целеустремленно и амбициозно, а я учился без особого интереса, легко набирая средние баллы, пока наконец все экзамены были сданы, все работы написаны. Предложениями о работе меня никто не завалил, возможно, потому, что я ее и не искал. Не было у меня особого таланта и в налаживании контактов – качестве, весьма ценном для тех, кто ищет работу, но не слишком ценном для неразговорчивых людей, которые понятия не имеют, чем хотят заниматься в жизни.
