– Помогите им войти в дом, – попросил он Софи. – Доббс должен был приготовить ванны. Затем выясните, почему никто не знает об этой привязанности. Гарольд не относится к неподходящим женихам. Я буду в кабинете.
Ощущая головокружение от недостатка сна, потрясения и холода, граф направился в дом.
– Они хотят пожениться, – напрямик объявила Софи спустя полчаса. – Но Джейн боится своего отца. Она страшится, что тот запретит этот брак.
– Что, черт возьми, не так с Гарольдом? – Деймон вскочил и начал вышагивать по комнате.
– Ему едва исполнилось двадцать, и он все еще в университете, у него ограниченные перспективы на будущее. Ей двадцать один год. Какой отец одобрил бы такой брак? Гарольд попытался поговорить с лордом Портлендом в прошлом месяце, но Портленд не дал разрешения на визит, решив, что Гарольд пытается увидеться с Сесили. Он не может поверить, что кто-то хочет встретиться с Джейн.
Деймон вполголоса выругался.
– Почему Гарольд просто не попросил ее руки?
Она покачала головой.
– Он еще более робкий, чем Джейн, и ее страхи передаются ему. Они влюблены друг в друга, но ни один из них не может похвастаться твердостью характера.
– Я поговорю с Портлендом. – Деймон вздохнул. – Если он отчаянно старается сбыть Джейн с рук, то едва ли станет возражать против разницы в возрасте. Я могу предложить Гарольду должность, благодаря которой он сможет неплохо содержать себя и жену.
– Я так и думала, но Джейн так привыкла скрывать свои мысли, что не могла заставить себя подойти к отцу. – Софи положила ладонь ему на руку, остановив его беспокойные метания. – Что вы будете делать теперь?
– Я не знаю.
– Полагаю, вы могли бы замесить все имена в рождественский пудинг и посмотреть, кто окажется в вашем куске, – проговорила она, покачав головой. Запах пудинга, погруженного в кипящую воду над огромными кострами, которые повар устроил в кухонном дворе, проникал сквозь закрытые двери и заклеенные окна.
– Слишком поздно готовить пудинг. – Деймон попытался ответить ей таким же легкомысленным тоном, но его голос дрогнул. – Проклятие, Софи, кажется, что у меня внутренности завязываются узлом, – всхлипнув, признался он, притягивая девушку к себе, чтобы ощутить ее тепло. – Понятия не имею, что мне делать.
Ее руки обхватили его за талию. Сочувствие теплым коконом окутало Деймона. И покой. Он подавил желание поцеловать ее или даже спрятать лицо в ее волосах, не желая злоупотреблять ее дружбой. Но он не мог отпустить ее. Она так отчаянно нужна ему сейчас, поэтому Деймон позволил себе прижаться щекой к ее макушке, в то время как слезы текли по его щекам и увлажняли ее волосы.
Четверть часа прошла в молчании, после чего Софи наконец-то разомкнула объятия, погладив его по спине перед тем, как отстраниться.
– Подождите еще год, – посоветовала она, прежде чем ускользнуть наверх.
Софи постаралась не думать о проблемах Деймона, твердо решив наслаждаться этим днем. Она не праздновала настоящее Рождество уже двадцать лет – лорд Тамфилд не верил в традиционные празднества, так что запретил проводить их в своем поместье. Поэтому девушка с радостью предвкушала это Рождество. Выпавший снег сделал праздник еще более особенным.
Атмосфера стала более легкой, чем вчера. Деймон дал понять, что не присоединится к компании гостей до ужина, так что состязание было закончено, и все могли свободно праздновать.
Конечно же, это не остановило гостей от предположений по поводу того, кто выиграл, но враждебность исчезла. Когда они направились собирать зеленые ветви, дети бегали туда и сюда, бросаясь друг в друга снежками. Их возбуждение оказалось заразительным.
Софи вызвалась срезать остролист, частично потому, что помнила, как отец поднимал ее высоко вверх, чтобы она могла срезать ветки падуба в Шелдон-Парке. Его толстые перчатки полностью скрывали ее руки, защищая от острых колючек. Другие гости собирали плющ, еловые ветки и пучки омелы. Слуги грузили добычу на телеги и раздавали шоколад, подогретый на гудящем костре.
Несколько человек заметили отсутствие Джейн. Слухи утверждали, что ее отец встречается с Деймоном. Кое-кто нахмурился в ответ на такие разговоры, но у большинства внимание сосредоточилось на Рождестве. К тому времени, когда они вернулись в аббатство, праздничное настроение стерло последнее напряжение.
– Я сделаю ветку поцелуев для парадного зала, – со смехом вызвалась мисс Смайт-Адамс.
– Нам понадобится еще одна в утренней комнате.
– И в каждой гостиной.
– И в вестибюле.
– Будет ли этого достаточно?
– Не следует ли нам сделать по одной такой ветке для каждого общественного помещения? – спросила Софи, вспомнив, как отец и мама весело проводили время под ветками поцелуев за месяц до того, как он умер.
– Чудесная идея, – согласился Генри, со смехом по очереди разглядывая каждую из дюжины леди. – И еще одну над столом у Уэстлейка. Сегодня вечером она ему понадобится.
– Почему бы и нет? – согласилась леди Уэстлейк. – У нас достаточно рук и зелени.
Генри усмехнулся перед тем, как возглавить джентльменов во время еще одной экспедиции.
