Я Хелена – ведьма низшего звена, работаю в глухом селе бабкой-травницей, от тоски уже вою.Чтобы повысить квалификацию и переехать в город, мне нужно выйти замуж. Что может быть проще – подобрала бродягу, опоила приворотным зельем и вот оно, долгожданное повышение! И только после бракосочетания я узнала о подвохе: моя любовь – обязательное условие.У меня есть двадцать семь дней, чтобы влюбиться в собственного мужа, или я лишусь Сил!У моего мужа есть двадцать семь дней, чтобы влюбить меня в себя, или он не получит развод!Сложно? Невыполнимо? Ерунда! Брак – любви не помеха!
Лысую гору не просто так называли лысой: у подножия лес стеной стоит, а на верхушке только камни да ветер в песок играет. Лучшего места для шабаша и не придумаешь – тихо, безлюдно. В здравом уме никто сюда ночью не потащится. Да и не в здравом тоже. Кроме нас, ведьм.
Шабаш подходил к концу. Я зябко завернулась в плащ, прикрываясь от пронзительного ветра, и уставилась на Верховную со смесью восторга и ужаса: мне до такой мощи ещё расти и расти! С другой стороны, есть и минусы у подобного могущества – Великая Сила накладывает отпечаток не только на характер, но и на облик носителя. Но я была уверена в одном – стану Верховной, всегда найду время, чтобы помыть голову или сделать огуречную маску. И уж точно не доведу себя до состояния, при котором обращение «ведьма» будет отображать не мою профессию, а внешность.
– И у нас остается-а, – протянула Верховная, игриво приподняла кустистую бровь и обличительно ткнула в меня кривым пальцем, выделив из толпы. – Хелена!
– Я. Тут я. - Пришлось до крови вонзить ногти в ладонь, чтобы скрыть восторг.
Ну, наконец-то! Я ждала этого повышения несколько лет. Всего один обряд отделял меня от заветной мечты переехать в город. Туда, где каменные стены, яркие факела и люди, готовые платить монеты за любовные эликсиры и средства от облысения. Туда, где не надо вскакивать на рассвете от душераздирающего крика петуха, где не мычат коровы и не летают тучами комары да мухи. Один единственный обряд и моя Сила увеличится настолько, что я смогу, наконец, начать колдовать по-настоящему – плести заклинания и даже левитировать на метле! Больше не придется ютиться в деревянном домике на отшибе селения, заготавливать дрова на зиму и объяснять вспыльчивым селянам, что подорожник, конечно, способствует заживлению ран, но с моим колдовством дело пойдет быстрее, а колорадского жука даже магия не отпугнет, хуже этих тварей только тараканы и клопы. Как же надоело лечить больные зубы и избавлять коров от мастита! Я! Буду! Городской! Ведьмой!
– Хелена, Шабаш принял решение. - С улыбкой вурдалака проворковала Верховная. Мėня тут же бросило в пот, ноги задрожали. - Ты можешь подать запрос на обряд.
Вот тут на моем месте любая завизжала бы от радости, но я слишком хорошо знала сварливый характер нашей главной ведьмы. Не зря же она меня пять лет в глухой деревне мариновала!
– Выполнишь условие, и мы с сестрами проведем ритуал, - триумфально, со злорадной искрой в глазах добавила она.
– Какое условие?
– Обычное условие. Обзаведись мужем и город твой.
Я собрала мысли в кучу (судя по насмешкам остальных ведьм, и глаза тоже) и выпалила:
– Мужа? Легко!
– Уверена? – Оскалилась Верховная.
– Могу сейчас же сочетаться браком. Успею до рассвета, - уверенно заявила я, припомнив худосочного дьяка, который при виде меня разве что не плевался. Этот как узнает, что свадьба изгонит меня с его села так, что и духу не останется, собственноручно жертву …тьфу, жениха приведет.
– Сегодня не надо. На следующий шабаш жду тебя с супружником. Приведешь, Силу приумножишь и в город переедешь, а нет…
Что будет, если «а нет», знали все: Верховная не терпела ошибок. Везло, если потерявшая Силу ведьма ноги уносила с Лысой горы живой и частично здоровой. Чаще не уносила. Где-то тут её и прикапывали.
– Приведу, - уверенно кивнула я и даже потерла руки.
На носу праздник летнего солнцестояния, значит, мужиков в таверне будет много, – любого выбирай. А там с годик на любовном эликсире муженек посидит, оформим развод, и отпущу горемыку на все четыре стороны!
– Решено. Двадцать восемь дней тебе даю, - милостиво разрешила Верховная.
Мне стало совсем хорошо. За такую прорву времени я не только замуж выйду, но ещё и симпатичного выберу. Чтобы не скучно было тот год коротать.
– Приведешь мужа прямо сюда.
Я перевела взгляд на неприметный кусок земли, на который указывал скрюченный палец, и кивнула ещё раз.
– Правила те же, – продолжила Верховная, но я уже плохо ее слушала. Мысли витали в облаках. Селянина брать нельзя – свои же бабы избу спалят, а вот проезжего купца – это вариант беспроигрышный. Его никто не хватится, а если и заметят пропажу, то только к развoду, не раньше.
– Слышала меня, малахольная? - резкий окрик вернул к действительности.
– Да, - уверенно соврала я и воззрилась на три оттопыренных пальца, с угрозой демонстрируемые мне Верховной.
– Смотри, Хелена! Проверю лично!
Я лишь пожала плечами: а чего проверять-то? Женитьба – дело нехитрое.
В каждом уважающем себя селении есть ведьма, она же знахарка, травница или бабка, тут кому как удобнее называть. Если таковой нет, то есть люди, которые знают, где ее можно найти. Выглядеть она обязана подобающе сложившимся стереотипам. За несоответствие на костре теперь, конечно, не сжигают, но пакости или подлянки подстроить могут. Да и на заказах такая слава скажется.
