Кроме того, она вбила себе в голову, что должна превратить меня в идеального герцога Берлингема, поэтому ее вмешательство в мою жизнь переходит всякие границы.
И сейчас она тоже стоит там, под арочными сводами галереи, наблюдает за мной и на глаз снимает мерки. Должно быть, прикидывает, позировать мне для официального портрета сидя или стоя.
Когда начинают падать первые капли дождя, ударом ракетки я собираю раскатившиеся теннисные мячики и направляюсь в свои покои.
Я чувствую себя в отличной форме и готовлюсь к вечеру так, словно меня будут награждать.
Когда я приезжаю в «Бернерс», Дерек уже сидит за столом и ждет.
– Эшфорд, с приездом! Ты точен как часы.
– Иначе и быть не могло. Знаешь, после твоих новостей вчера я глаз ночью не сомкнул. Поспешить сюда со всех ног – самое меньшее, что я мог сделать, хотя и…
– Хотя и… – хмурится Дерек.
– Хотя и нахожу твой выбор несколько необычным. Одним словом, я бы приехал в твой офис на встречу, ну или ладно, на обед. Но чтобы на ужин?
– Да, ты прав. За ужином для деловых разговоров встречаются нечасто, но так и дело у нас необычное.
– Я понял, понял, – перебиваю его я. – Ты узнал, что у моего отца был счет в офшорной зоне, – добавляю шепотом.
– Офшорной зоне? Что? Нет! То есть в смысле, а он у него был? – изумленно спрашивает Дерек.
– Черт побери, откуда мне знать! Адвокат же ты!
– Нет, никаких офшорных счетов нет, во всяком случае, мне о них неизвестно.
Я пожимаю плечами:
– Ну, я думал… ты же сказал о необычном деле!
Дерек кивает:
– Да, дело, скажем так, нетипичное, и обсудить его я хотел вот так, в неформальной обстановке.
Подходит официантка, и Дерек замолкает.
– Вот и я. Немного опоздала, но все же добралась, – извиняется она, запыхавшись.
Я решаю не терять времени и сразу сделать заказ:
– Да, мы уже заждались. В любом случае я возьму шатобриан, спаржу на гриле и пюре с трюфелем.
Она растерянно смотрит на меня, приподняв бровь.
– Что тебе непонятно? – спрашиваю я.
Дерек напротив меня тихонько кашляет.
– Все, – сухо отвечает она.
Я окидываю ее недоверчивым взглядом: кеды с блестками, обтягивающие легинсы из искусственной кожи, обтягивающий леопардовый свитер и яркий макияж. К обстановке не подходит никак, но кто знает, может, это ее первый рабочий день.
– Что ж, ничего сложного тут нет. Шатобриан – это бифштекс из говяжьей вырезки. Со спаржей, думаю, проблем не будет, а пюре с трюфелем – это просто пюре с трюфельным маслом.
Ее реакция повергает меня в шок. Она закрывает один глаз, вытягивает руку, остановившись в паре сантиметров от моего лица, и загибает все пальцы, кроме среднего.
– Оставлю так – вид явно лучше.
Дерек поднимается и берет официантку за плечи.
– Джемма, успокойся. Не хочешь присесть? Не делай так, мы же не на стадионе.
– Дерек, ты что творишь? – оторопело спрашиваю я.
– Джемма не официантка. Произошло недопонимание.
Я чувствую себя сбитым с толку.
– Прости, если она не официантка, то что она здесь делает?
– Что я тут делаю? – нахально вмешивается она. – Он же меня сюда и пригласил! Но могу спросить то же самое про тебя.
– Да, Эшфорд. Джемма – моя клиентка. Точнее, ее бабушка была моей клиенткой, но технически эта роль перешла к ней.
– И она будет ужинать с нами? – спрашиваю я.
– Да, и если мы хотим что-то заказать, вот идет официант. Настоящий.
– Хорошо бы, – отрезаю я. – Я возьму…
– Он возьмет шатобриан со спаржей на гриле и пюре с трюфелем. Это говяжья вырезка, спаржа просто спаржа, а пюре приправлено трюфельным маслом, – зло передразнивает меня Джемма.
– А ты далеко пойдешь, – рассерженно шиплю я.
– Мне морского окуня на гриле, – смущенно бормочет Дерек.
– У вас есть жареные крылышки? – спрашивает новая гостья, листая меню.
– Если синьора желает курицу, у нас есть великолепный
Она морщит лоб, а я едва сдерживаю смех. Я более чем уверен, что в подобном месте она в жизни не была.
– Можно узнать, что здесь смешного? – моргнув, спрашивает Джемма.
Я только пожимаю плечами.
Она решает не обращать на меня внимания и снова поворачивается к официанту:
– То, что вы назвали, коко-что-то-там, отлично подойдет. С картофелем фри.
Когда официант уходит, за столом воцаряется тишина, пока Дерек не решается разбить лед:
– Джемма работает гримершей в театре. В мюзикле.
– Очаровательно, – ровным тоном замечаю я.
– Она была лучшей подругой моей бывшей девушки, помнишь, той, которая переехала в Нью-Йорк?
– Не очень, – кратко отвечаю я.
– А ты прямо душа компании, Эшфорд! – саркастично замечает Джемма.
– А ты – образец воспитания. Ноги обычно ставят на пол, а не на сиденье, – неодобрительно покосившись на нее, возражаю я.
– Не ноги, а ногу. Мне так удобно.
– Пожалуйста, перестаньте ребячиться, – укоряет нас Дерек.
Я начинаю терять терпение:
– Дерек, не хочешь объяснить, почему мы собрались за ужином поговорить о моих делах, а я оказываюсь за одним столом с Тарзаном?
Но Джемма уступать не собирается:
– Нет, Дерек, о
Мы все сидим, напряженно опираясь о стол, и отодвигаемся, только когда официанты приносят и расставляют блюда.
