В этот момент официант возвращается с заказом. Передо мной появляется тарелка с салатом. Перед мужчиной – стейк с картофелем. Мой чай и его кофе.
И хорошо. Я не хочу продолжать этот разговор. И его я понимаю, но что я могу?
Мне нужно время.
Владимир
– Где ты был? – первое, что слышу по возвращению домой.
На часах шесть. К моему удивлению. Не помню, чтобы так рано возвращался. А тут вместо радости недовольное лицо и руки в бока.
– Это допрос? – усмехаюсь, желая свести все в шутку. – Кормить будешь? Есть хочу, – сняв ботинки и стянув пиджак, отдаю его Виоле и скрываюсь в ванной комнате.
– Вов! – заходит следом. – Ты где был? Я в обед заезжала к тебе. Но мне сказали, что тебя нет.
Ах, вот оно в чем дело. Удивительный феномен. За столько лет это какой раз по счету, чтобы она явилась ко мне в офис? Второй-третий?
Умываюсь.
– На кладбище был, – вытираюсь полотенцем, поднимаю взгляд на девушку.
По выражению лица понимаю, что она настроена на скандал.
– Где? Зачем? – непонимающе округляет глаза. Явно не такой ответ ожидала.
– У меня там отец, если ты не забыла, – выходит резче, чем планировал. – А я вот чуть не забыл, – выхожу, она следом за мной.
– Так это… – подбирает слова. – Можно было в выходной. Или предупредил бы. Вместе сходили бы.
– Я был не один, – вхожу в кухню.
Стерильная чистота. Ни намека на готовку. Заглядываю в холодильник. Закрываю его. Фрукты-овощи, да вот я не козел, чтобы траву жрать.
– А с кем?
Поворачиваюсь, опираюсь задницей о столешницу.
– С Синицыной.
– С отцовской подстилкой? Серьезно? – голос Ви взлетает до потолка.
– Подстилка или нет, к отцу в койку я не лез, да и поздно уже. И тебе не советую.
– Ты ее еще и защищаешь? Может, она и к тебе в койку поглядывает? – швыряет в меня пиджак. Ловлю, закидываю через плечо. – Может, стоит все отменить? Я из кожи вон лезу, чтобы все устроить, организовать, а ты?
– А я на всю эту организацию зарабатываю, этого мало? – смотрю на нее.
Открывает-закрывает рот. Сказать больше и нечего. Сдулась.
– Я вот одно не пойму, – делаю пару шагов к ней и смотрю сверху вниз. – Ты так боишься и дергаешься, что я там с кем-то был, опустим суть ситуации, но дома меня не ждешь. Ужина нет.
– Закажем.
– Так можно было сделать это до моего приезда? Или попробовать хоть раз самой что-то приготовить.
– Раньше ты мне такого не предъявлял и тебя все устраивало! А сейчас ты хочешь, чтобы я испортила свой маникюр? – тут же перед моим лицом мелькает тонкая ладонь невесты.
– И то верно. Маникюр. Извини, – обхожу ее и направляюсь в коридор.
Обуваюсь.
Внутри какая-то странная тишина. До такой степени пустая тишина, что страшно. Окутывает безразличием и усталостью.
– Ты куда?
– Проветриться нужно. Иначе мы разругаемся так, что всему придет конец. Вернусь часа через два-три.
– Вов! Ты с ума сошел? К ней поедешь, да? – не унимается.
– Лучше закрой рот, – резко поворачиваюсь, и девушка застывает на месте. – Просто промолчи и не нужно лить грязь.
И больше не сказав ни слова, покидаю квартиру.
Катаясь по городу, ловлю кайф. Включаю музыку, в такт барабаню пальцами по рулю. Расслабляюсь. Надо, видимо, иногда вот так выезжать, чтобы хоть немного разгрузить голову.
Встаю на светофоре. Опускаю стекло, впуская воздух с городских улиц.
Не сразу обращаю внимание на стоящую рядом тачку.
– Вован? – доносится мужской голос. – Яр, ты что ли?
Поворачиваю голову, вглядываясь в темный салон соседней тачки.
– Богданов, помнишь такого?
На меня смотрит бородатый мужик. Но явно что-то знакомое в его внешности проскальзывает.
– Сема? – удивляюсь.
– Ага, – ржет.
В спину прилетают недовольные гудки.
– Давай съедем, – предлагаю, и, отъехав от светофора, останавливаемся на ближайшей парковке.
– Ну, здорова, – протягивает лапу.
– Здорова, – усмехаюсь, отвечая на приветствие. – Не узнать.
– Да тебя тоже.
– Ты же вроде уехал, – вспоминаю.
– Да, вот вырвался за столько лет. Решил вспомнить молодость, да по нашим прокатиться. С кем виделся за эти года-то? – спрашивает, чуть прищурившись.
– Может, все же зайдем, посидим? – предлагаю.
Как раз стоим у кафешки.
– А пойдем, – хлопает меня по плечу. – Ты посмотри, в костюмчике, весь из себя, – ржет. – Пижон.
– Сам давно сменил костюм?
Занимаем столик. Делаем заказ. От алкоголя отказываемся. Оба за рулем, да и не по двадцать уже. С Богдановым мы учились вместе. Сема всегда был заводилой и душой компании. Правда пятнадцать лет назад он был явно не такой массы.
– Ты когда накачаться успел?
– Думаешь, много времени нужно? – хмыкает.
Мы оба замечаем взгляды девушек в нашу сторону. Кое-кто явно доволен таким вниманием.
– Женился? – спрашивает Семен.
– Скоро.
– Да ладно! И кто она? Небось моделька.
Киваю улыбнувшись.
– Даже не удивительно, – откидывается на спинку диванчика, который жалобно скрипнул под такой массой гостя.
– Почему?
– Ты всегда выбирал девушек обложечной внешности. Все-гда! Даже не отрицай. У меня память хорошая.
– А сам?
– А я люблю домашних, скромняшек, – ржет. – Таких совращать приятно. Результат может удивить не только ее, но и тебя, – говорит со знанием дела. – Но нет, еще не нашел ту самую.
– Ты не изменился.