Слоан на мгновение отстранился, обжигая ее страстным, почти исступленным взглядом. Должно быть, она ошибалась, считая его равнодушным. Просто он слишком хорошо умеет скрывать свои чувства. Но под маской безразличия пылает буйное пламя. Его примитивная чувственность сильнее самого волшебного любовного напитка. Но все же он не сделал ни одного грубого движения и по-своему бережен с ней… даже деликатен, а пальцы нашли особый, невероятно волнующий ритм. Откуда-то хлынувшее тепло разлилось по телу и отчасти растопило страх.
Под его завораживающим взглядом Хизер не дрогнула, когда широкая ладонь скользнула дальше и коснулась золотистых завитков внизу живота. По ее спине прошел колкий озноб. При виде недоумевающего лица жены Слоан улыбнулся и осторожно развел ее бедра.
– Откройся мне, милая.
И стал ласкать сомкнутые складки, пока они не повлажнели, а ее смущение не уступило место всевозрастающей иссушающей жажде. Но когда он навис над ней, Хизер снова застыла.
– Не пугайся, все хорошо, все в порядке, - едва слышно шептал он бессмысленные, ласковые слова, пока она не успокоилась. Но его плоть настойчиво пульсировала у входа в тесный грот, хотя Слоан оставался неподвижным, позволяя ей привыкнуть к давлению его орудия страсти, готовя к неминуемому вторжению.
Хизер, почти теряя сознание, таяла от прикосновения его обнаженной груди. Она страшилась неведомой угрозы, но что-то настойчиво влекло ее к этому человеку. Ее женская суть жаждала мужского обладания.
Закрыв глаза, она бесстыдно потянулась к мужу, чтобы согреться в его пламени.
Слоан молча боролся с бушующим в нем пламенем, заливавшим багряной пеленой окружающий мир. Как давно он не касался женщины!
Вынуждая себя не торопиться, он опустился на нее и начал входить в тесную расщелину. Иисусе сладчайший, до чего же она тесная и тугая!
Хизер встрепенулась и широко раскрыла полные ужаса глаза. Слоан видел, как ей больно, но неумолимо рванулся вперед, заглушив ее крик огненным поцелуем, и вонзился до конца. Несколько секунд он не шевелился, ожидая, пока боль пройдет, вытесненная утонченным наслаждением.
Хизер тяжело дышала, но постепенно пришла в себя и слегка расслабилась.
– Все в порядке? - глухо спросил он.
Хизер кивнула, удивляясь, что способна связно думать. Слоан неотрывно и нежно смотрел на нее. Хизер нерешительно подняла бедра и заметила, что он поморщился.
– Я… я не знаю, что делать, - растерянно прошептала она.
– Обхвати меня ногами.
Она молча повиновалась.
– Вот так, солнышко, а теперь попробуй двигаться вместе со мной.
И он, приподнявшись, вошел еще глубже.
Хизер, прильнув к нему, застонала. Боль ушла, оставив лишь острое наслаждение. Он уносил ее туда, где она никогда не была раньше. В сверкающие, недостижимые, пугающие высоты.
– Не сопротивляйся, - попросил он, когда она попыталась отстраниться. - Пусть это произойдет.
Хизер что-то несвязно пробормотала: перед глазами плясал и вертелся калейдоскоп ярких красок. Ее словно подхватила штормовая волна, и теперь не было иного выхода, кроме как отдаться на ее волю.
Первые неясные ощущения превратились в ураган. Хизер поднималась и опускалась вместе с ним, уносимая бешеной темной стремниной, которой не было названия. Наконец ее поглотила последняя, слепящая вспышка, и Хизер, пронзительно закричав, стала извиваться. Слоан едва не потерял контроль над собой. Когда женщина, придавленная его телом, забилась в судорогах экстаза, он почти обезумел. Как же он хотел ее! До безумия, до умопомрачения!
И не в силах больше сдерживаться, он ринулся в горячие шелковистые недра ее тела и, глухо застонав, сделал последний, отчаянный выпад, прежде чем содрогнуться и упасть на нее, изливаясь белым потоком.
Долго еще, пока не успокоилось его прерывистое дыхание, Слоан прижимал к себе ее трепещущее тело, вдыхая сладостно-свежий запах, мысленно проклиная могущественные чары этой женщины. Наконец он откатился и лег на спину, рассеянно разглядывая роскошный балдахин.
Такого он не ожидал. Невыразимое наслаждение, испытанное им, застало его врасплох. Кровь, казалось, сгустилась в жилах, хотя угрызения совести уже принялись вершить свою суровую казнь.
За все это время он ни разу не вспомнил о первой жене. И теперь перед мысленным взором предстал призрак с темными влажными глазами и длинными волосами цвета воронова крыла.
Прости меня. Лань.
Он вынудил себя повернуть голову и встретиться взглядом с Хизер. Она молча вопросительно смотрела на него.
– Так всегда бывает? - едва слышно пробормотала она.
– Что именно?
– Это невероятное…
Она, по- видимому, затруднялась найти слова, чтобы описать взрыв чувств и ощущений, потрясший обоих. Слоан пожал плечами, не желая признаваться, насколько необычно то, что он только сейчас испытал.
– Я сделала что-то неверно? - нерешительно допытывалась она.
Слоан стиснул кулаки. Разве дело в ней? Он, он во всем виноват! Разве можно так вожделеть женщину?! Хорошо еще, в темноте не видно его лица!
– Нет. Все прекрасно.
– Но я разочаровала вас.
Разочаровала? Скорее, потрясла! Исступленное наслаждение их первого слияния ошеломило его.
