– Знаю, - не выдержал наконец Слоан. - Я вел себя как последний подлец.
– Боюсь, еще хуже, - не согласился Волк.
– Ладно, считай, что твой приятель - просто куча конского навоза. Удовлетворен?
– Почти, - бросил Волк и снова надолго замолчал, чем окончательно истощил терпение Слоана.
– Почему бы тебе не произнести заготовленную речь и не покончить с этим раз и навсегда?
– Ладно, так и быть, - спокойно ответил друг. - Вчера ты перешел все границы. Твоя жена - настоящая леди и, черт возьми, не заслужила, чтобы с ней обращались как с дешевой шлюхой!
– Ты не сказал ничего такого, чего я не повторял бы себе миллион раз, - вздохнул Слоан.
– Что это на тебя нашло?
Откуда ему знать? И как объяснить причину паники, скрутившей его вчера вечером? Признание Хизер в любви насмерть его перепугало, так сильно, что он попытался избавиться от жены.
– Мне показалось, что Хизер - редкостная женщина, - пробурчал Волк.
– Знаю.
– Ты должен молиться на нее. Повезло тебе с женой.
– Да знаю же, черт побери! - завопил Слоан, но тут же сморщился от боли, пронзившей голову. - Можешь не читать проповеди!
– Но кто-то должен тебе объяснить.
– Ты, кажется, собирался в Денвер! Что тебя здесь держит?
– Поеду, когда сочту нужным. Я еще не сказал всего.
– В таком случае поспеши и оставь меня в покое. Волк невозмутимо поднес чашку с молоком к губам малышки.
– Утверждаешь, что знаешь, какое сокровище тебе досталось? Тогда почему ты ни в грош его не ставишь?
– Я ценю ее, ценю! - запальчиво возразил Слоан.
– По-моему, ты обязан извиниться перед леди.
Слоан молча согласился с ним. Еще бы! Да ему следует ползать перед ней на коленях. С поджатым хвостом! Забыть о гордости. Может, тогда она простит его. хотя ему и нет прощения.
– Я отправлюсь к Джейку, как только пройдет голова.
– Пожалуй, лучше подождать немного, дать ей время успокоиться. На твоем месте я нарвал бы цветов.
– Неплохо бы взять с собой Дженну.
– Верно. Она скорее согласится вернуться с тобой, если найдешь, чем ее подкупить.
Слоан пронзил шурина свирепым взглядом.
– А тебе, кажется, все это представление чертовски нравится, не так ли?
Волк широко улыбнулся.
– Именно. Но я не злорадствую. Просто последнее время ты напоминал ожившего мертвеца. Рад, что в тебе проснулся интерес к жизни. Даже с похмелья ты выглядишь куда энергичнее, чем год назад.
– Брось молоть вздор! Интересно, будет ли тебе до смеха, если Хизер всадит в меня пулю?
Стоя у окна гостиной, Хизер упрямо твердила себе, что плакать нет причин, но слезы непрерывным ручейком катилась по щекам. Ей хотелось бежать, забиться, как раненому зверьку, в нору и зализывать раны. Как мог Слоан так бессердечно оттолкнуть ее?
Но ведь она всегда понимала, что ведет безнадежную битву, пытаясь завоевать Слоана Маккорда, человека, в душе которого царит мрак, а в сердце - горечь.
Хизер закрыла глаза и всхлипнула. Нет, хватит рыдать! Где ее достоинство?! Вместо того чтобы предаваться самобичеванию и жалеть себя, лучше подумай о будущем! По-видимому, нужно уезжать отсюда, и поскорее. Дело дошло до того, что утром она отправилась в город узнать, сколько стоит билет в один конец до Сент-Луиса. Но неожиданно для себя оказалась в редакции газеты «Роки ньюс» и побеседовала с издателем. Гас Макалистер был не только рад ее видеть, но и похвалил за работу над статьями Вернона и предложил постоянное место.
Пока Хизер не дала ему ответа: слишком свежи были раны, и у нее попросту не осталось сил принимать важные решения. Но скоро волей-неволей придется это сделать.
Конечно, с одной стороны, стоило бы согласиться: во-первых, это позволит Хизер считать себя относительно независимой и со временем выплатить Слоану остаток долга; во-вторых, придется покидать Дженну и ту жизнь, к которой она уже успела привыкнуть. И наконец, она каждый день будет видеть Слоана.
Хизер поднесла руку к губам, чтобы сдержать их дрожь. Сможет ли она вынести такое существование? Еще одна подобная сцена - и у нее просто сердце разорвется.
Невеселые размышления перебил негромкий стук в дверь. Хизер глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. И к тому времени, как вошла Кейтлин, успела взять себя в руки.
– Слоан приехал, - сообщила подруга. - Говорила я тебе, что так будет!
Сердце Хизер словно перевернулось.
– Хочешь увидеться с ним?
– Нет, но, думаю, придется.
– Он привез Дженну. Если хочешь, я присмотрю за ней, пока вы поговорите.
Хизер благодарно сжала ей руку. Что бы она делала без Кейтлин, своей надежной опоры?!
Та улыбнулась в ответ.
– Помни, Хизер, ты можешь жить в этом доме хоть до скончания века.
Едва подруга исчезла, Хизер поспешно вытерла слезы. Не хватало, чтобы Слоан увидел ее плачущей! Она все еще стояла спиной к двери, но, услышав шаги Слоана в коридоре, напряглась, как тетива. И только после того, как он еле слышно поздоровался, осмелилась повернуть голову. Суровое, непроницаемое лицо, но, кажется, похмелье все еще не выветрилось. Правда, Слоан побрился, но глаза отекли и налились кровью.
При виде жены в его взгляде промелькнуло смущение. Она впервые наблюдала, как муж нерешительно мнет в руках шляпу.
